Испытание (СИ)

Но не одна Саша сегодня оценивала информацию и размышляла. Рита думала, что все идет по плану, лишь бы не сорвалось. Анна думала, что сложись все иначе, она бы даже была согласна быть любимой наложницей, если бы он ее любил... Ван Ли думала, что ей удастся одним махом избавиться и от Анны, которая мозолила ей глаза уже слишком давно, и от этой опасной девицы, номер 44. Когда хозяин узнает, что она шпионила, не простит ей предательства, как бы он ее не любил.

А потом она займется Ритой.

Арсений смог включить камеры только вечером, его весь день мурыжили на совещаниях. Сашу нашел в ванной, девушка опять задумчиво разглядывала свое отражение.

Главное, что ему удалось разобраться почти со всеми проблемами, и завтра, если не случится ничего непредвиденного, он, наконец, сможет прикоснуться к ней. Невольно сжались и разжались пальцы. Прикасаться... Глаза закрылись, истома прошлась по позвоночнику, картинки перед внутренним взором вызвали сладкую дрожь. А сердце тревожно замерло, спрашивая:

- Соскучилась? Как будет встречать? Понравится ей сюрприз? А подарок?

Вот уж действительно, иногда лучше не знать.

Ночью Александру Савенкову мучили сны.

Во сне ведь не прикажешь ни сердцу, ни уму. И Саша видела кошмары, словно рушится замок, а ее любимый смотрит не нее укоризненными глазами и умирает под развалинами. А она кричит, плачет, рвется ему помочь и не может сдвинуться с места. Любимый - это он, Сеня. Потому что днем можно обижаться, презирать, внушать себе, что ненавидит она его, все так. Все за дело, он заслужил. Но это все не отменяет ее чувств к нему. Никак не отменяет. А когда любимый умирает, пусть даже и во сне, нет ничего страшнее. А потому проснулась она со странным ощущением надвигающейся беды.

Утро началось как обычно. Чашка кофе, два маленьких круасанчика с яблочной начинкой. Вопли из внутреннего двора. Вообще-то вопли - это не совсем уж обычно. Что-то стряслось опять.

А... Ну да. Месть кота Леопольда.

Две блондинки смотрели вниз с галереи и непонимающе хлопали глазками, а номер 45 вопила, что надерет им уши. За что? Стакан с соком нечаянно перевернулся, случайно вышло. Они же не знали, что она проходить будет... и т.д. и т.п.

Саша укоризненно глянула на блондинок, а те показали ей глазами, что мол, 'но пасаран', в смысле 'не обоср*мся'.

В итоге весь гарем тихо ухахатывался, а бедная, всеми нелюбимая возмутительница спокойствия шумно удалилась смывать с себя персиковый сок с мякотью.

И вдруг шум вертолета...

Сердце у Саши заколотилось как бешеное. Возвращается... Он возвращается!

Это что же получается... Она его ждала, что ли... скучала? Нет! Нет! Нет...

Будь оно все проклято! Засасывает эта проклятая гаремная трясина! Засасывает!

Не скучала она по нему!

На самом деле она не знала, что чувствовала, хотела его видеть, не хотела.