Избранница Звездного лорда

– Атенаис? – Рикар, которого я в любой ситуации помнил спокойным, уравновешенным и невозмутимым, вновь побелел, у него даже руки задрожали. – Атенаис Миат?

– Зачем спрашиваете, если вам уже предоставили информацию…

– Да ничего мне не предоставили! – гаркнул ритас и уже тише, дрожащим голосом добавил: – Не успели еще, но… Если читать наоборот, то Миат – это Таим, Дамир! А раз дочка назвала ее Атенаис, значит, и фамилию дала нашу! Сианета аль Таим, она же солнечная, а следовательно – рожденная с силой наследника! Где моя внучка, Дамир?! И хватит играть в игры, я не причастен к нападению, и, чтоб ты знал, трех убийц ликвидировали мои люди!

– Корвин… – пробормотал я, боясь взглянуть на собеседника. То, что мы поняли, – я чуть раньше, потому что знал имя брата Атенаис, а он вот сейчас, после моего бормотания, – стало для обоих ударом.

– Ворон… тень! – одновременно выпалили мы.

– Не может быть… – прошептал Рикар и вцепился пальцами в стол. Раздался хруст, и дубовые щепки, словно соломинки, разлетелись по полу.

Мне тоже сложно было поверить в то, что старая легенда получила реальное воплощение.

– Если родились Солнце и Тень, значит, родилась и Молния, Дамир! – хрипло сообщил Рикар.

– Это же сказки, – неуверенно протянул я. – Всего лишь легенды. Димитра же наверняка просто любила эту историю, вот и назвала своих детей в честь персонажей, которых…

– Идиот! – прошипел Рикар, вызвав у меня бурю негодования. – Сядь! Я рос в традициях Аритаса, в век поклонения нашим богам. То, что многие бы назвали варварством и дикими порядками, всегда приносило лишь пользу. Мы не люди, Дамир, и никогда ими не были. Пусть за последние пятьсот лет многое изменилось, но ты никогда не задумывался, почему высшим ритасам запрещено жениться или выходить замуж за всех, кроме представителей своей расы?

– Набор генов, который необходимо сохранить…

Я размышлял недолго, потому что, если отбросить сказание о Солнце, Тени и Молнии, которых олицетворяли собой ритасы, наделенные особенной силой первородных, картина складывалась удручающая. Кто-то постепенно уничтожал глав кланов, ослабляя роды высших, и при этом ждал часа, когда Рикар аль Таим ослабеет настолько, что не сможет дать отпор объявившемуся претенденту на его место.

Я потребовал в кабинет травяной сбор, и мне, и Рикару стоило успокоиться и настроиться на рабочий лад. И ему, и мне предстояло сделать многое и практически невозможное. Потому что мы оба были слепы. И если меня можно оправдать моей молодостью, то у Рикара оправданий нет. Он слишком погрузился в личное горе.

Я рассказал ему обо всем, что знал сам. О том, где и как впервые встретился с Атенаис. О том, как случайно почувствовал ее через десять лет после первой встречи и не узнал.