Избранница Звездного лорда

Наш клан простили только потому, что я имел весомую поддержку. Потому, что мне пророчили место отца. И я прошел все испытания с честью. Стал не только главой своего клана, но и главой Аритаса.

– Да, не понимала, Дамир! Да, пожалела! – Некогда красивое лицо матери исказила гримаса отвращения.

Отвращения к себе самой и своим слабостям. Я это отчетливо понимал. Как и то, что мне уже не нужны извинения. Мать права, я давно не мальчишка.

– Неважно. – Я тряхнул головой. – И давно уже неважно. А вот что меня не устраивает, так это твой эгоизм. Ты не имела права вмешиваться в мое сознание и притуплять мой разум.

Ты подставила под удар не столько меня, сколько мою ритани. Я уверен, что остальные противились твоему самоуправству.

– Ты прав. – Женщина понурила голову. – Я поторопилась, Дамир. Но поступить иначе не могла. Я вновь ее нашла, почувствовала. Мы все были ошеломлены и не желали тебе зла. А внешние обстоятельства… ты знаешь, я не могу многого объяснить, не имею права, но поверь, девочка вернулась домой.

Я вскинул голову и пристально посмотрел на мать. Я знал, что айсе заглядывают куда дальше, чем единственная жизнь.

Они видят будущее своих потомков. Четко, ясно и точно знают, какая тропа и куда приведет. Вот только практически ничем не могут делиться с живыми. Существуют редкие исключения. Такие, как обретение ритани.

– Она ритаска? – Я сам не понял, почему мой голос охрип. – Атенаис ритаска?

Ильканта и при жизни умела держать лицо, а уж после смерти… Она проигнорировала мой вопрос. Ничто в ее облике не могло ни подтвердить, ни опровергнуть мою догадку.

Что ж… У меня было лишь предчувствие, еще там, на корабле. А теперь есть весомые подозрения, которые я обязан подтвердить.

Потому что, если Атенаис ритаска и ей двадцать восемь лет, нашей свадьбе не бывать. Как минимум еще два года, а как максимум еще семь лет. Потому что наши женщины становятся совершеннолетними в тридцать и полностью созревают к тридцати пяти годам, если брать земное исчисление. Никто не позволит своей дочери выйти замуж раньше. Даже за меня, даже при условии, что она для меня стала ритани. Исключение возможно лишь в одном случае, если и я для нее стану ритани. Но… опять же, она не созрела, чтобы это понять и прочувствовать.

И воспитывалась вдали от родины, не проходила посвящения и ритуала пробуждения родовых корней.

– Мне жаль, что я повела себя эгоистично. Наплевала на своих людей и на тебя, но я никогда не желала тебе зла. Мной двигал страх одиночества и осознание той незавидной участи, которую я должна была принять. – Мать смотрела на меня неотрывно. – Мне стыдно признаваться в том, что я хотела иного итога от ритуала, но предки распорядились иначе.

– Иного итога? – Я буквально задохнулся от гнева.