Избранное (ЛП)
Охранник опять заколебался.
- Может быть, сэр, - сказал он наконец. - Может быть, осужденный Чарльз Линкворт...
Доктор Тисдейл успокаивающе кивнул.
- Вот-вот, - сказал он. - Вы дежурите сегодня вечером?
- Да, сэр, как бы мне ни хотелось этого избежать.
- Я знаю, как вы себя чувствуете, потому что сам чувствую то же самое. Мне кажется, он хочет со мной пообщаться. Кстати, не случилось ли каких-либо происшествий в тюрьме вчера вечером?
- Да, сэр, с полдюжины заключенных мучились кошмарами. Кричали и стонали, а ведь обычно это были очень спокойные люди. Такое бывает в ночь после казни.
- Понимаю... Вот что... Если это невидимое захочет снова воспользоваться телефоном сегодня вечером, пожалуйста, дайте ему такую возможность. По всей вероятности, это может случиться приблизительно в то же самое время, не могу сказать вам, почему, но обычно случается именно так. Так что, если это возможно, не входите в комнату, где стоит телефон, в течение часа, чтобы дать ему время, с половины десятого до половины одиннадцатого. Я в это время буду находиться около своего телефона.
- А со мной ничего не случится? - спросил охранник.
Доктор Тисдейл вспомнил страх, испытанный им сегодня утром, но сказал совершенно искренне.
- Я уверен, что вам абсолютно нечего бояться, - успокаивающе произнес он.
Доктор Тисдейл был приглашен в тот вечер на ужин, от которого он отказался, и в половине десятого сидел один в своем кабинете. При том состоянии человеческого невежества относительно поведения душ, по тем или иным причинам расставшимся с телом, доктор не мог объяснить охраннику, почему их появления обладают цикличностью, приуроченной к определенному часу, но на основании исследования случаев появления загробных визитеров, в особенности если мятущаяся душа нуждается в помощи, что могло быть в данном случае, он сделал вывод, что они появляются в один и тот же час дня или ночи.
Доктор Тисдейл сразу же встал и поднял трубку. То, что он услышал, были рыдания убитого горем существа, сотрясавшие его настолько, что оно не могло произнести ни слова.

















