Избранное (ЛП)

Свежий воздух в это ужасное логово почти не поступал; атмосфера была давящей, а зловоние свидетельствовало о том, что помещение, скорее его можно было бы назвать зверинцем, в течение многих лет служило приютом людям, и все это время ни разу не очищалось и не проветривалось. Тем не менее, это место оказывало угнетающее воздействие не столько на тело, сколько на дух. В нем чувствовались мерзость и преступление, тех, кто здесь жил, не зависимо от того, кем бы они ни были, и мне казалось, что обитавшие здесь мужчины и женщины подобны более скотам, нежели людям. И еще: в ту минуту мне казалось, что я потерял представление о времени, что я взят из сегодняшнего дня и низвергнут в невообразимо древние времена.

Он на мгновение остановился; огонь в камине вновь взметнулся к дымоходу и вновь опал. Но в этот короткий миг я увидел лица, обращенные к Эверарду, и почти на всех ожидание продолжения, смешанное со страхом. Признаюсь, я испытывал те же самые чувства, и точно так же с затаенным страхом ожидал продолжения.

- Я уже говорил вам, - продолжал он, - что в том месте, где цвел не по сезону георгин, сейчас горел тусклый свет, привлекая мой взгляд. Неясные фигуры виднелись вокруг него, и я поначалу никак не мог разглядеть, что они из себя представляют. Однако, когда мои глаза привыкли к сумеркам, а может быть, огонь стал ярче, я понял, что они похожи на людей, только очень маленьких, и когда один из них поднялся, вереща что-то непонятное, на ноги, низкая крыша находилась в нескольких дюймах от его головы. Одет он был в нечто, напоминающее рубашку, доходившую ему до колен, а его голые руки были покрыты шерстью.

Они неумолчно верещали и бурно жестикулировали, и я понял, что речь идет обо мне, ибо они время от времени указывали в мою сторону. Ужас охватил меня, когда я вдруг понял, что лишился сил, что не могу пошевелить ни рукой, ни ногой; страх овладел мной, сделав беспомощным и обессилевшим. Я не мог ни пошевелить хотя бы пальцем, ни повернуть голову. И что еще более усугубило мой страх, - я попытался закричать, но не мог издать ни единого звука.

Я, по всей видимости, заснул незаметно для самого себя, ибо все разом, вдруг, прекратилось, и я снова оказался около газона, на котором моя жена замахивалась для удара. Но мое лицо было мокро от пота, я весь дрожал.

Вы, конечно, скажете, что я просто заснул и мне привиделся кошмар. Может быть и так; но я не испытывал чувства сонливости ни до, ни после случившегося. Это было нечто сродни тому, как если бы кто-то раскрыл книгу передо мной, быстро пролистал несколько страниц и вновь захлопнул ее.

Кто-то, я не заметил, кто, резко поднялся со своего кресла, - движение, заставившее меня вздрогнуть, - и включил электрический свет. Я не был против, я был даже рад этому.