Измена. Яд твоей "любви" (СИ)

Лишил жизни нашего ребенка, унизил и практически растоптал меня. А ведь тогда я готова была ради тебя на все. Ты был светом в моей жизни, идеалом, мечтой.

- Мы все вернем, Нонна. Я буду всегда с тобой. Буду любить, беречь и заботиться о тебе. Буду тебе верен.

Да-да, свежо предание, но верится с трудом. Вернее, никак.

- Ты не знаешь, что такое любовь и верность. Да мне они от тебя и не нужны. У меня теперь есть все, о чем я мечтала…

Олег полыхнул глазами, шагнул ближе, схватил за обе руки, а меня замутило.

- Ты всегда была моей и любила только меня.

Вырвав руки из захвата, полезла в сумочку за дезинфектором, потому что просто физически не могла выносить его прикосновения.

- Я всегда любила Кира. Ты шел бонусом. Хреновым. Что сказать? Дура была я в молодости. Натуру твою гнилую не увидела, верила слишком сильно. Идеализировала. Но это в прошлом. Все мы люди, все мы ошибаемся. Главное – вовремя очнуться.

Олег шагнул ближе, вынудив меня снова отступить, да так, что я оказалась прижатой к стене арки.

- Только ты, Нонна, для меня имеешь значение. Все для тебя сделаю, баловать и любить буду. Тебя и только тебя. Любой твой каприз, малышка. Все, что пожелаешь… – горящие безумным блеском покрасневшие глаза Олега стали тем самым символом умершего прошлого, в котором я, вероятно, все еще нуждалась.

А теперь вдруг стало кристально ясно – отболело, отгорело. Не задевает, не трогает.

И сам Олег, и слова его были, как плохо снятый рекламный ролик: вызывали раздражение и желание переключить канал или перелистнуть новостную ленту.

Внутренне брезгливо вздрогнув, постаралась отодвинуть от себя Зарецкого, а когда получилось, вздохнула, мысленно подбодрила себя оплеухой и, глядя в глаза, четко произнесла:

- Живи как хочешь, можешь и знаешь, но избавь меня от себя и своей «любви». Ее яд слишком долго отравлял меня и мою жизнь. Достаточно. Мы с тобой теперь друг другу никто. Пусть так и останется.

Ох, как ему это не понравилось!

Вздохнув, приготовилась «толочь воду в ступе», но не понадобилось.

Олег как-то вдруг исчез, а я оказалась в знакомых, надежных любимых руках:

- Нон, ты как? Он ничего? В больницу? – паника Андрея – это сложно.

Чтобы его угомонить нужна тяжелая артиллерия, поэтому я привстала на носочки, притянула любимого к себе, потерлась носом о его подбородок, а потом тихонько выдохнула в ухо:

- Люблю тебя и скучаю. Врач давно разрешила всякие брачные нежности. Я все жду-жду, а ты?

Ох, приятно посмотреть, как в глазах паника сменяется натуральным пожаром. Ух, горит-полыхает…

- Все будет, Нон. Только скажи, – жарко прошептал в губы, поцеловал, словно закрепляя обещание.

А потом вдруг отстранился и рыкнул:

Сын появился рядом почти мгновенно.

- Идите домой, – Андрей впихнул меня в руки Кирилла и повелительно махнул в сторону парадной.