Измена. Яд твоей "любви" (СИ)

Мне кажется, что у нас все должно быть не так, ведь я его давно люблю. Ну, и он же сказал, что я ему тоже нравлюсь.

Вышло в итоге все же жестковато.

Ну, мне так показалось. Не с чем же сравнить.

Сначала Олег вымыл меня в душе с ароматным гелем, потом разрешил немного изучить его тело в процессе намыливания, а затем рыкнул:

- Достаточно, такие чистые, аж скрипим… – и быстро завернул меня в огромное полотенце, вынес в спальню и устроил на кровати.

А затем начал целовать. Долго, страстно, глубоко, очень горячо, попутно высвобождая из полотенца.

Я млела, горела, таяла. Тихо вскрикивала и стонала. Сердце бухало в ушах, дышать было тяжело, особенно когда он прижал меня к кровати всем телом.

- Да-да-да, девочка моя. Так, – хрипел в ухо, раздвигая коленом ноги, резко проходясь по внутренней поверхности бедра правой рукой.

Левой же приподнял мое лицо за подбородок и впился в губы, перед этим выдохнув:

- Какая горячая штучка.

Я потерялась в жарком мареве поцелуя и пришла в себя от внезапной боли: Олег, опершись на локоть, с силой сжал второй рукой мое бедро и резко дернул на себя.

Из глаз брызнули слезы, а еще я от неожиданности прокусила губу. Ему.

И этого испугалась еще больше.

- Ну, тише-тише… Все хорошо… теперь все будет в порядке, – облизнувшись, зашептал мне в ухо Олег, а потом устроился удобнее и стал тихонько двигаться.

Да, больше такой внезапной, резкой боли не было, осталась только ноющая и тянущая.

Постаралась размеренно дышать и расслабиться сильнее, а когда это получилось, Олег поцеловал меня со словами:

- Умница. Вот так. Молодец.

И увеличил темп, прижимая меня крепче.

Стало больнее, поэтому я прикусила губу и зажмурилась сжимаясь.

Протяжное и глухое: «Да!», совпавшее с горячими каплями на моем животе и бедрах, слились с ощущением освобождения.

Олег фыркнул в макушку, поцеловал в лоб и хмыкнул:

- Опять надо тебя мыть.

А после мы лежали в постели, обнявшись, он гладил мою спину и иногда целовал в висок.

- Все хорошо, Нонна. Ты моя. Теперь все будет хорошо, – под этот мерный, убаюкивающий шепот я тихо провалилась во тьму.

Выплывая из которой сразу поняла, что не будет.

Ничего хорошо не будет.

Потому что мне больно.

Глава 22: «Добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно»

«Топ-топ топает малыш

С мамой по дорожке, милый стриж

Маленькие ножки не спешат,

Только, знай, себе твердят:

Топ-топ очень не легки

В неизвестность первые шаги,

А в саду дорожка так длинна

Прямо к небу тянется она!»

Алексей Ольгин «Топ-топ»

Вздохнуть получилось с трудом. Гадостный привкус во рту насторожил сильнее, чем боль.

Хриплый выдох мой совпал с тревожным:

Страх за сына выдернул меня в реальность почти мгновенно. Плевать, что там такое вдруг болит. Что с моим мальчиком?

- Кир, – каркнула, распахивая глаза.