Измена. Месть предателю

Зачем ему мои трусы?! Я ведь… я в них целый день проходила! А он их вот так в руке сжимает…

— Ч-что… в-вы… — хочу отобрать свою вещь у этого гада.

Но он снова прячет мои трусы в своем огромном кулаке:

— Оставлю себе, как аванс.

— Аванс за что? — нервничаю. — За Славин долг? Так идите его трусы воруйте!

— У него я уже украл кое-что посерьезней, — он бесцеремонно заправляет мне волосы за ухо, будто имеет на это полное право.

А мне даже отодвинуться некуда. Просто задыхаюсь от возмущения:

— Если речь обо мне, то я не вещь! — цежу строго. — И уж тем более не принадлежу Славе! Так что просто верните мою одежду, и я уйду.

— Конечно, — внезапно соглашается. — Но не раньше ужина.

— Черт с вами, давайте свой ужин, и я пойду!

— Не так быстро, — его лицо абсолютно непроницаемо. — Его сначала нужно приготовить. Дай мне полчаса.

— А как же… ваша домработница? — затаив дыхание жду ответа, боясь, что попросту поймала его на лжи. Страшно представить, что этот варвар мог самолично переодевать меня, пока я была в отключке.

— Она только следит за порядком в доме, — пожимает плечами. — А готовить я предпочитаю сам. Либо заказываю еду из своего любимого ресторана.

Ого, какой разборчивый. Признаться, весьма неожиданный ответ. Я думала люди его уровня вообще не знают, как выглядит кухня. Тем более мужчины.

Меня Слава с первых же дней совместной жизни отбрил «готовить — не мужское дело». А тут удивительная принципиальность в обратном направлении.

— Ладно, — только и могу выдавить я, потому что растерялась, столкнувшись с неизведанным.

Артур еще несколько секунд изучает мое лицо:

— Надеюсь у тебя нет аллергии на морепродукты?

— Н-нет, — едва заметно качаю головой.

Да чего он так пялится?

— Непереносимость лактозы? — продолжает он.

И к чему подобные вопросы?

— Тогда на ужин будет паста с морепродуктами в сливочном соусе, — подытоживает он.

Невольно проглатываю слюну, чем привлекаю внимание черных глаз к своему рту.

— Не знаю как ты, — говорит тихо, — а лично я очень голоден.

Ощущение, что он говорит вовсе не о еде, и от того становится еще больше не по себе. Особенно если учесть тот факт, что мои трусы все еще в руках малознакомого мужчины, а сам он стоит передо мной в одном лишь полотенце.

— Паста так паста! — говорю бодро, пытаясь разрядить напрягающую меня обстановку. — Давайте поскорее с этим разберемся! Судя по всему, уже глубокая ночь, и мне давно пора домой.

— О, конечно. Ты ведь очень спешишь. Я совсем и забыл, — он, явно насмехается надо мной. Зато наконец отстраняется, выпрямляясь в полный рост. — Тебя ведь муж дома ждет…

— Это не ваше дело! — шиплю зло.

— Да, я помню, — отмахивается, как от мухи назойливой, и с некоторым разочарованием продолжает: — Признаться, тут я тоже в тебе ошибся.