Измена. Месть предателю

Меня буквально пошатывает от температуры и измотанности.

— За что же? — Артур ровняется со мной, прикуривает сигарету, и выпускает облако дыма, глядя прямо перед собой.

— За то, что сказали ему, — всхлипываю. — За то, что помогли уйти… Спасибо и…

— Тебе не за что меня благодарить, — холодно говорит он, стряхивая пепел. — И если ты наивно полагаешь, что это был жест доброй воли, то спешу тебя разочаровать. Я благотворительностью не занимаюсь…

— В смысле? — непонимающе поворачиваюсь к нему.

Черные глаза скользят по моему лицу:

— Признаться, я вовсе не так тебя представлял, Ле-ра, — он так непривычно-выразительно произносит мое имя, будто пробует на вкус.

 — Думал, что ты страшная, как атомная война, раз он шлюх с собой на переговоры таскает, а тебя только по телефону заставляет отдуваться. А ты оказалась очень даже ничего, — под его пристальным взглядом мне становится неловко. — Замученная, правда. Неухоженная. Но это быстро поправимо в правильных руках. Эдакий неогранненый бриллиант.

Ощущение, что он оценивает меня, как какой-то товар на рынке.

От неловкости глубже кутаюсь в свой пуховик. Лицо обдает жаром, надеюсь только от температуры, а не от смущения из-за сильно сомнительных комплиментов левого мужика.

— Уж не знаю, чьи там руки вы сочли для меня «правильными», однако я больше ни в чьих руках не нуждаюсь! — вздергиваю подбородок. — Спасибо за помощь. И до свидания, — голос звенит от напряжения, ведь у меня стойкое ощущение, что так просто уйти мне теперь не удастся.

Шагаю в противоположную от Артура сторону, но путь тут же преграждают его бугаи, подтверждая мои опасения.

— Я вроде ясно сказал, Лерочка, — рокочет голос за спиной, вызывая мурашки ужаса по всему телу. — Я благотворительностью не занимаюсь. И очевидно, в виду вашего с мужем неминуемого развода, больше при нем не будет столь самоотверженного бухгалтера, которому я мог бы доверять возврат долга.

От возмущения резко разворачиваюсь лицом к нахалу, чтобы высказать ему все, что о нем думаю, но он оказывается слишком близко, настолько, что я чувствую запах дорогого табака и терпкого парфюма.

Заикаюсь от неожиданности:

— К-какого еще нем-минуемого развода?! — возмущаюсь, хотя и понимаю прекрасно, что он прав — развод неизбежен. И от того злюсь еще сильнее. Слишком больно. — Да с чего вы взяли?! Какое вам вообще дело до чужой личной жизни, что вы тут ставки беретесь делать?!

Он на секунду прикрывает глаза:

— Пахнешь охуенно, — вдруг выдает вместо ответа.

Отшатываюсь в ужасе, но тут же подпираю спиной его амбалов, и возвращаюсь обратно.