Измена. Месть предателю

Он ведь трогал меня, пока я спала?

Или может смотрел хотя бы?

Блин, я же стопудово вся лохматая была! Еще и в своей стремной пижаме! Боже, какой стыд!

Ну почему он сам не сказал, что приходил?

Нужно ему срочно что-то написать. Но вдруг я все же ошиблась? Ну не Слава же это был: ему всегда плевать было, поела я или нет. Зато Артур с первой нашей встречи меня вечно откормить пытался.

Что же написать? Может позвонить и как-то выяснить он это или не он? И что я спрошу, идиотка?

— Валерия, — одергивает меня голос Жанны Николаевны и я вскакиваю с места.

 — Думаю, для первого рабочего дня с вас достаточно. Пойдемте со мной.

— Вы меня увольняете? — хлопаю я глазами, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Я знаю, что накосячила сегодня слишком много. Но мне так сильно нужна эта работа.

— Если бы я собиралась вас уволить разве стала бы звать на обед? — начальница собирает на своем столе сумочку.

— В с-смысле… — непонимающе переспрашиваю я, — на обед?

— Политика компании: особо ценные сотрудники питаются за счет фирмы, — пожимает она плечами, доставая косметичку.

— Ага, — она подкрашивает губы, глядя в небольшое зеркало пудреницы. — В любом ресторане можно поесть и начальство возместит.

— Ого, как классно, — выдыхаю я восторженно. — Ну вы тогда идите обедайте. А я закончу обзвон и вас подожду.

— Нет, — отрезает она довольно категорично. — На сегодня наш рабочий день закончен, так что тебе придется поесть со мной.

— Вы извините, Жанна Николаевна, но я не могу, — чувствую себя неловко.

 — Это ведь вы особо ценный сотрудник. А у меня нет денег на рестораны всякие. Так что идите без меня.

— Ой, бестолковая ты девчонка. Я заплачу! — она захлопывает пудреницу так раздраженно, что я вздрагиваю.

— Мне неудобно, — честно признаюсь я.

— Неудобно спать на потолке. И приказы начальства обсуждать! — строго выговаривает она. — А поесть всегда удобно. Тем более на халяву. Так что быстро свои монатки собрала и пошли!

— Ладно! — пискаю я и хватаю сумочку, чувствуя, что бешу начальницу своим упрямством.

А мне этого совсем не хочется.

Мы выходим из кабинета и идем по коридору к лифту. Заглядываю в чужие кабинеты, с приоткрытыми дверьми: там кипит работа, будто люди и не в курсе, что сейчас обед. Странно. Выходит мы с Жанной вдвоем такие ценные, что на обед ходим? Вернее она ценная, а я нахлебник бесполезный.

— Жанна Николаевна, — говорю тихо, когда мы уже едем в лифте.