Измена. Неравный брак (СИ)
Настолько огромный, что дарителя за ним не видно от слова совсем!
Пяткой прикрывает дверь, делает несколько шагов, опускает корзину вниз.
Меня накрывает одновременно и разочарованием, и облегчением.
Я боялась, что все забыла. Нет, даже не так. Первые день-два мне даже думать было больно: кто я, что я… Плевать. Только бы боль и дурман выпустили меня из своих цепких тисков.
Потом вернулись мысли и осознание моего нынешнего положения.
Теперь я в больнице, передо мной перетаптывается с ноги на ногу… Эрнест.
— Держи. То есть… Я сейчас их поставлю. Вот сюда. Идет? — опускает корзину рядом с кроватью. — Как самочувствие?
— Зачем ты назвался моим мужем?!
Эрнест, вздохнув, опускается в кресло, сложив пальцы в замок.
— Извини. Само как-то вышло…. Не стоило отпускать тебя одну. Я пошел за тобой, позднее, увидел, как ты лежишь без чувств. Скорую ждать было долго. Я схватил тебя и рванул в город. Клиника хорошая, частная… Принадлежит моему приятелю. Я назвался твоим мужем, вернее, меня за него приняли. И все, отмахиваться не стал. Как ты?
— Черррт! Я поговорю с врачами! — порывается встать.
— Мне плохо от того, как все обернулось. Почему? — вытираю слезинки. — Я всего лишь хотела отдохнуть, собраться с мыслями о разводе, о жизни… О себе! Почему все обернулось именно так?
— Не плачь, — мучительно произносит Эрнест и вдруг тянется к моей руке. — Я тебя не оставлю. Ни за что…
Сбрасываю его большую, жаркую клешню.
— А ты-то здесь при чем?
— Это по моей вине случилось, — заявляет он. — Моя вина. Ответственность тоже моя. Потому не переживай, вне зависимости от того, как и при каких условиях случится твой развод, на улице ты не останешься.
— Что за такие странные заявления? — поинтересовалась я.
— Тебе свекровь звонила. Грозила оставить без трусов. Пойдешь побираться, — морщится. — Это самое приличное, что было сказано.
— СТОП! Вот сейчас… Точно СТОП! И пошел вон… Ты… Да какое право ты имел отвечать на мои телефонные звонки? Лучше бы… Лучше бы ты позвонил моему мужу и сообщил ему, где я и что со мной!
Обиды-обидами, но я считаю, что о таком происшествии муж должен быть в курсе.
— У тебя… У тебя больше нет мужа! — уверенно заявляет Эрнест.
Мое сердце в этот миг едва не лопнуло.
Я решила, что Миши больше не стало.
В этом мире, жизни… Его нет, и все.
Стало холодно, пусто…
Я про обиды забыла, про его измены… Или лишь подозрения об изменах.
Помню, перед тем, как все закрутилось, я подумала, что было бы неплохо поговорить с Мишей откровенно, не сбегать.
Был бы он откровенным? Или солгал?
По сути, меня накрутили слова его мамы, свекровь умеючи вогнала иголки под кожу…
Что было правдой? А что наносное?
Могло ли все обернуться иначе?
— Что стряслось? Несчастный случай? — спрашиваю дрожащим голосом.
В голове сумбур.

















