Измена. В ловушке лжи

Учебный год был завершен, но программа в школе предполагала, что дети летом тоже будут периодически заниматься, чтобы ничего не забывать.

Слава попросил меня пока не переводить его в другую школу и уверил, что, когда он вернулся после больничного, ребята ему ничего больше не говорили.

- Что? – сын повернулся на своём стуле, смотря на меня, так как я всё не знала, как начать, потому что переживала из-за его реакции.

- Папу в понедельник выписывают из больницы, – наконец выдала я, а Слава обратно отвернулся к столу.

- И что теперь? – спросил он, сидя спиной ко мне, и я, чтобы видеть его лицо, присела на край его кровати, которая стояла рядом с рабочим столом.

- Я хотела с тобой посоветоваться, как нам лучше поступить. Папа может вернуться сюда, к нам с тобой, или поехать в дом, и я найму ему какую-нибудь сиделку. Что скажешь, если папа вернётся? – Слава как-то неоднозначно пожал плечами, продолжая выполнять задания у себя в тетрадке.

- Тебе не всё равно, и я это знаю. Как и мне.

- Тогда зачем спрашиваешь?

- Потому что хочу знать твоё мнение. Мне нужно что-то ему ответить.

- Я не хочу решать, решайте сами, – Слава совсем отвернулся от меня, и я почувствовала, что, наверное, поступила неправильно, решив посоветоваться с ним. Ему непросто было принять решение подобного рода.

- Ладно. Ты делаешь летние задания? – я попыталась перевести тему, но попытка вышла откровенно слабой.

- Мам, хочешь, чтобы он вернулся, пусть возвращается. Но я с ним разговаривать и ухаживать за ним – не собираюсь.

Тихо прикрыв за собой дверь, я вышла в коридор и снова посмотрела на сообщение от мужа. Выдохнув, приняла решение и написала:

«Хорошо, в понедельник приеду за тобой».

После этого словно начался обратный отсчёт для меня. Время одновременно и замедлилось, и потекло слишком быстро. Я пыталась понять, как мы будем существовать в новых реалиях, но так ничего и не придумала.

Единственное, что я точно решила: Егор встанет на ноги, и тогда я его либо прощу, либо поставлю вопрос о разводе. Это будет та точка невозврата, которую мне нужно будет обозначить.

Договорившись со своей совестью, я не ожидала, что буду так нервничать, но, когда я утром понедельника подъехала к зданию больницы, меня не хило потряхивало.

Егора вывезли к машине на коляске и помогли ему пересесть внутрь. Одна из его ног была сломана, так что передвигался он всё ещё с трудом. К слову, сломана была не только нога, поэтому ему вообще функционировать было непросто. Именно это и стало ключевым моментом в принятии решения, куда ему ехать.

Я не была зверем, чтобы бросать в такой ситуации не чужого для себя человека.

- Привет, Лер! – поздоровался он, как только увидел меня.

- Здравствуй, Егор, – я не планировала вести с ним долгие разговоры, пока мы едем.