Катя

— Поздравляю, Екатерина Семеновна, посмотреть можно?

— Заходи, что, новорожденных не видел?

— Да нет, просто ваш родной вроде, — смущенно произнес он, — я вот ему подарок принес.

Сашка протянул мне медведя. Чудно́го, набитого какими-то мелкими шариками, но все равно мягкого и очаровательного. Я расплакалась. Его забота и внимание были самым лучшим подарком. Парень учился, работал на две ставки медбратом, но уже, несмотря на молодость, мог заткнуть за пояс не одного дипломированного врача.

— Да не плачьте, вон сын у вас какой. Я тоже хотел бы сына, вот встану на ноги и обязательно заведу и не одного. А мишка — он полезный, он развивает тактильную чувствительность.

— Сашка, Сашка! Ты встань на ноги сначала, а то уже о детях размечтался, да найди жену приличную. Я у тебя пока ни одной нормальной кандидатуры не видела.

— А я не стремился. Я пока так, без планов на будущее. Мне мое будущее еще творить и творить. Ладно, побегу, а то опоздаю на занятия.

Он ушел, я встала с постели, положила сыночку в кроватку, поцеловала от избытка чувств медвежонка и пошла умываться. Скоро обход. Сначала планерка, и он узнает, что я родила. Придет? Или не придет? Вот в чем вопрос. Все равно назову сына Сашей, уже назвала. Всем скажу — в честь Сашки Борисова, который первый с подарком пришел.

Ну вот, уже восемь часов, началась общая планерка. Я еще раз покормила сына и посмотрела на себя в зеркало. Вид не очень. Я подкрасила ресницы и подвела глаза. Во-первых, я лежу в своем отделении и мои подчиненные не должны меня видеть без макияжа. Надо держать марку. Ага, они меня вчера видели во время родов, не самый лучший ракурс, я бы сказала. Я понимаю, что проблема в другом. Крашусь я для него, чтобы понравиться, чтобы любил, как раньше. Дура! Больше у меня на себя эмоций нет.

— Екатерина Семеновна, вы как? — заходит мой палатный врач.

— Все хорошо. Спасибо, Ирина Максимовна.

— Вот вы молодец, родить в вашем возрасте без разрывов!

— Спасибо, видимо, я очень хорошо знаю, как это делается. У меня все в порядке, если так пойдет, то можете меня завтра выписать. Ну, и если педиатр разрешит.

— Конечно, Екатерина Семеновна.

Его голос я услышала сразу. Он шел по коридору и говорил со старшим врачом отдела, по сути моим замом.

— Александр Валерьевич, кого вы назначите на место Екатерины Семеновны?

— Мы решим с Екатериной Семеновной. Она знает вас лучше меня, я считаюсь с ее мнением.

— А от кого она родила, вы случайно…

— Прекратите бабские сплетни, я не знаю, а вы?

Его шаги приближались и вот ручка двери повернулась, и он вошел. В руках был неимоверно большой букет цветов — алые розы на длинной-предлинной ножке, не меньше двадцати штук.

— Оставьте нас, пожалуйста, и не беспокойте, педиатр будет позже.