Каждое лето после (ЛП)

Я замечаю две фиолетовые обертки от шоколадных батончиков на кровати рядом со мной и вспоминаю, как достала их из мини-бара после того, как меня вырвало. Сейчас 10:23. Я стону. Я должна вставать. Я взяла на сегодня выходной, так что мне не нужно работать, но мне нужно принять душ. Даже я чувствую свой запах. Тейлор, наверное, и просыпается в отглаженном брючном костюме. Вероятно, она хранит в кухонном ящике плитку 75 % темного шоколада, и съедает один кусочек по особым случаям. Сколько бы я ни общалась с напыщенными дизайнерами интерьеров и архитекторами, или ни рекомендовала модный новый ресторан, в котором действительно хорошая еда и обслуживание, или проводила вечер на каблуках, не показывая боли на лице, внутри я всегда буду беспорядочной.

Обычно я хорошо справляюсь с тем, чтобы держать эту сторону себя в секрете. Но время от времени она всплывает наружу, как в тот раз, когда я назвала лучшего друга Себастьяна с прогрессивного вида бородой «худшим женоненавистником» за ужином после того, как он неоднократно заглядывал под рубашку нашей официанты и спрашивал меня, выйду ли я на неполный рабочий день или полностью уйду с работы после того, как у меня появятся дети. Себастьян посмотрел на меня с отвисшей челюстью, он никогда не видел, чтобы я так срывалась, и я извинилась за свою вспышку, обвинив в этом вино.

Все ещё во вчерашнем сарафане, я выбираюсь из кровати и медленно направляюсь в ванную. Тело ломит, но меня не тошнит. Я расстегиваю пояс и стягиваю платье через голову, снимаю нижнее белье, а затем встаю под горячую струю душа. Пока мыло и вода выгоняют смог из моего мозга, я составляю план отправиться после завтрака на общественный пляж. Мы с Сэмом никогда не плавали на пляже, когда были младше. Раз или два мы бездельничали в близлежащем парке с его друзьями, но пляж был только для городских детей, которые не жили на озере. Я знаю, что там нет ни причала, ни плота, но мне отчаянно хочется поплавать.

После душа я высушиваю волосы полотенцем, пока они не становятся влажными, и провожу по ним расческой. Я бросаю взгляд на свой телефон.

Я могу представить, как она закатывает глаза от моего ответа. Я знаю, что, вероятно, ничего не смогу от неё скрыть, и я чувствую себя виноватой за то, что не позвонила, но быть здесь и видеть Сэма вчера кажется таким нереальным, я не могу представить, как это выразить словами.

Я нажимаю «Отправить», а затем надеваю свой ярко-красный купальный костюм, который я редко использую, и пару джинсовых шорт. Я собираюсь надеть рубашку, прежде чем отправиться в ресторан мотеля, когда раздается стук в дверь. Я замираю. Ещё слишком рано для уборки.

— Это я, Перси, — говорит глубокий, скрипучий голос снаружи.

Я открываю дверь.