Каждое лето после (ЛП)

Ветер начинал усиливаться, и в воздухе стоял густой запах влаги.

— Похоже, наконец-то может пойти дождь, — сказала я, наблюдая, как ветерок танцует в листьях тополя.

— Таков слух. Мама говорит, что ожидается сильный шторм, — сказал Сэм, обхватив руками колени. — Жаль, что ей нужно, чтобы я работал в дополнительную смену, иначе мы могли бы устроить вечер фильмов ужасов.

— Точно. Как мы до сих пор его не посмотрели?

— Ну, я смотрела его много раз, — сказала я.

— Но никогда с тобой, — добавила я.

— Огромная оплошность, — ответил Сэм.

— Самая огромная, — мы ухмыльнулись.

К тому времени, как я вернулась в коттедж, я был почти в ступоре, мой живот раздулся от одного из эпических завтраков Сью, а тело полностью истощилось. Я вырубилась на диване и проснулась только после пяти, что означало, что Сэм уже был в Таверне, в то время как у меня был выходной. Мои родители постоянно оставляли меня дома одну в городе, но они всегда были рядом, когда мы были на озере. Прошлой ночью я так быстро заснула, что едва успела заметить, как они ушли. Теперь я не совсем понимала, что мне с собой делать.

Пошатываясь, я поплелась в ванную и плеснула водой на лицо, затем выпила холодную жидкость из рук.

Я направилась к озеру с блокнотом и села на один из мускоковых стульев у подножия причала. С утра поднялся ветер, и над серой водой образовывалась пена. Я набросала несколько идей для своей следующей истории, но вскоре на страницы начали падать капли дождя, которые загнали меня внутрь.

Это был ужасный выбор. Он пугал меня каждый раз, когда я его видела, и я никогда не смотрела его в одиночку. В хижине. В лесу. Темной и ненастной ночью. На полпути я поставила фильм на паузу, заперла двери и обыскала коттедж, проверив шкафы, под кроватями и за занавеской в душе.

Как только я снова нажала кнопку воспроизведения, громкий раскат грома потряс коттедж, и за ним быстро последовала молния. С каждой вспышкой я ожидала увидеть ужасное лицо, прижатое к окну задней двери. К тому времени, как фильм закончился, гроза прошла, но было темно и дождливо, и я была совершенно вне себя.

Едва зазвонил телефон, как Сэм тут же снял трубку.

— Ты можешь остаться со мной. Ты можешь остаться подо мной, — протянул голос на другом конце провода.

 — Как тебе захочется, Перс.

— Чарли? — спросила я.

— Единственный и неповторимый, — ответил он. — Разочарована?

— Вовсе нет. Я никогда не была так возбуждена, — невозмутимо ответила я.

— Ты жестокая женщина, Перси Фрейзер. Повеси на трубке, я позову Сэма.

Сэм был у двери меньше чем через пять минут, стоя под зонтиком. Я поблагодарила его за то, что он пришёл, и извинилась за то, что вела себя так по-детски.

— Я не против, Перси, — сказал он, затем взял сумку, в которую я бросила свою зубную щетку и пижаму.