Ходячее недоразумение в академии Примы

— Марк, ты уверен, что Варя тебе не помешает?

Мама стояла рядом с папой и поправляла ему шарф, который тот небрежно накинул на шею. 

— Уверен, — улыбнулся он и поцеловал руки жены. — Там сегодня все равно никого не будет. К тому же запланированный на сегодня опыт не продлится долго. Варя не успеет заскучать. Ты же знаешь, что она будет проситься со мной, пока не поймет, что там совсем не так интересно, как ей кажется. А когда в следующий раз представится случай ее взять — не знаю. 

— Ну хорошо, — улыбнулась мама и потянулась за поцелуем.

— Отдохни сегодня, — он поймал ее губы.

А я дернула папу за руку. Сколько можно целоваться?! Нужно уже идти! Я столько выпрашивала этот поход, а они тут стоят и стоят!

Вот зря папа говорил, что у него на работе неинтересно! Я столько непонятных штук даже у мамы в лаборатории не видела, да и не пускает она меня туда почти.

— Папочка, а что это такое? — ткнула я пальцем в первое, что показалось интересным.

— Это преобразователь, солнышко. Его трогать нельзя. 

— Ммм… — глубокомысленно оглядела я большую стекляшку изогнутой формы и прошла дальше. — А это что такое? — ткнула в длинную трубку, которая загибалась кольцами.

— Что? — отец обернулся, доставая из небольшого высокого шкафчика белый халат. — Это отводной шланг. Его тоже трогать нельзя. И-и-и… вот это тоже не трогай. Солнышко, тут все приготовлено для опыта. Давай я его быстренько проведу, а потом устрою тебе небольшую экскурсию. Посиди на стульчике пять минуточек. Поверь, это быстро!

Я насупилась и недовольно кивнула. Он вывел меня из комнаты с интересными штучками и оставил наблюдать за ним из-за стекла.

Смотреть на папу, который что-то там делает и записывает магическим пером в тетрадку, поначалу было даже увлекательно, но потом стало скучно. Сидеть на стуле стало маятно и неинтересно. Пять минут — это, наверное, такое взрослое «быстро», которое у детей «очень долго». Я вздохнула, но продолжила сидеть на стуле. 

Наконец, отец что-то опять записал и азартно бросился из лаборатории. Пробежал мимо меня в другую комнату и исчез.

Так нечестно! Я тут жду-жду, а он убегает! 

Я спрыгнула со стула и решила сама себе устроить — как там папа сказал? — экс-кур-си-ю. И начать я решила с той комнаты за стеклом, откуда только что выбежал папа. Там ведь столько всего интересного! А те штучки, которые он не разрешал трогать, я не буду трогать. Честно-честно!

Я вошла, завороженно рассматривая все то, что так и манило прикоснуться и потрогать. К сожалению, все это богатство стояло на столе, и приходилось сильно задирать голову, чтобы рассмотреть. Я попыталась подтянуться на руках, но из этой затеи ничего не вышло.