Хозяин урмана

Шутка ли, задействовать сразу четырех спецов на вызов, когда еще вовсе неясно, а был ли повод? Может, отец Александр решил срочно отлучиться и не предупредил жену по каким-то своим соображениям, а мы тут шум подняли?

— Ну-с, и кто здесь пострадавший? — бодро поинтересовался Олег, оглядывая бардак в кабинете священника.

— Пострадавший, как видишь, отсутствует, — развел я руками. — Есть супруга пострадавшего, Антонина Ильинична Богомолова. Она успела поведать мне, что…

— Обстоятельства преступления, если таковое подтвердится, мы выясним без тебя, — жестко оборвал меня Ракитин.

 — На то есть профессионалы.

— А меня, значит, побоку?! — Я был возмущен до глубины души. — Да если бы не я…

— Тебя здесь уже нет! — отрезал Олег. Он явно был не в духе. «Наверное, Алена его пропесочила за наши пивные посиделки в субботу», — решил я и счел за благо не пререкаться, однако не удержался от искушения оставить последнее слово за собой.

— Нас мало, но мы на каждом километре, капитан. Я — журналист и начинаю собственное расследование!

— Только под ногами не путайся, — невозмутимо парировал Ракитин, но в глазах его при этом отплясывали чертики.

Я демонстративно раскланялся с ничего не понимающей Антониной Ильиничной, пообещав разобраться во всем гораздо быстрее милиции, и удалился. На самом же деле в тот момент у меня не было никакой уверенности, что загадка разрешится, стоит только попросить. Поэтому я решил начать свое расследование с поиска каких-нибудь зацепок в старинных документах.

Семейство старообрядцев Богомоловых, как однажды рассказывал Сашка, бежало в Сибирь от преследований откуда-то с Поволжья. Вот с этого факта и начнем! А поможет мне правильно определить направление поиска моя ненаглядная Машенька!.

.

Солнечным июньским утром в кофейню на паях «Белобородов и сын», что на углу Миллионной и Савватеева переулка, вошел сухощавый, резковатый в движениях молодой человек, одетый явно для дальнего путешествия. Двубортный темно-коричневый пиджак и такого цвета брюки в еле заметную клетку удачно дополняли модные ботинки из желтой кожи, на толстой подошве с рантом.

Он окинул острым взором почти пустой в это время дня зал, выбрал столик у большого, залитого солнцем окна и уселся с видом человека, собравшегося вкусно и обстоятельно позавтракать.

Слегка вылинявший котелок он пристроил на соседнем стуле, накрыв им потертый рыжий саквояж.

Подскочившему половому-мальчишке молодой человек, и верно, заказал яичницу-глазунью аж из четырех яиц да с луком, шкварками и укропом. К сему добавил тарелку пшенной каши с изюмом, а в довершение потребовал большую чашку кофе со сливками и обсыпную плюшку. Мальчишка принял заказ, уважительно оглядел поджарую фигуру клиента, присвистнул и улепетнул на кухню.