Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Я быстро отсалютовал ему и встал в классическую атакующую стойку — правая нога впереди, левая рука на поясе, меч поднят.

Берушк атаковал первым. Он нанес удар в верхний уровень. Я парировал, стараясь не выказывать ни изящества, ни искусности и притворяясь раз за разом, что меня хранит скорее везение, чем мастерство. Меч звенел о меч, а я мало-помалу отступал перед Берушком.

Потом он намеренно открылся, но я этим не воспользовался. Я сделал вид, будто заколебался, будто мне не хватает решительности, чтобы нанести удар. Пускай думает, будто он уже заморочил меня и сбил с толку.

В этой схватке мастером был я, а не Берушк. Мне и решать, когда и как ее завершить.

Берушк испустил едва заметный вздох. Он явно решил, что пора заканчивать и возвращаться к занятиям, — и атаковал с удвоенной энергией, использовав стремительный двойной финт, дабы пробить мою защиту.

Я парировал удар, но слишком медленно. Берушк извернулся и сделал выпад. Жалящий клинок должен был впиться мне в правое бедро.

Но цели он не достиг.

Я получил тот шанс, которого дожидался. Когда Берушк ринулся на меня, я вместо того, чтобы отступать, шагнул ему навстречу.

Глаза Берушка округлились. Когда его меч пронзил пустоту, он осознал, что происходит, но было поздно.

Я перебросил меч в левую руку, а правой схватил Берушка за запястье и, рванув наставника на себя, выкрутил ему руку. Берушк зашатался, теряя равновесие. Я быстро развернулся и подсек ему левую ногу. Берушк рухнул.

Острие моего меча уперлось ему в горло.

— Сдаешься? — негромко спросил я. Берушк рассмеялся.

— Отличная работа, Оберон. Вполне достойная лорда Хаоса. Сдаюсь.

Коннер и Титус таращились на меня так, словно у меня вдруг выросла вторая голова.

— Ты победил? — словно не веря глазам своим, переспросил Титус. — Вправду победил?

Я протянул Берушку руку и помог подняться. Он принялся печально отряхивать пыль с одежды.

— Вот как надо драться! — наставительно сказал он Коннеру и Титусу. — Никогда не показывай, на что ты способен. Пусть противник недооценивает тебя — тогда он неминуемо допустит ошибку.

Он повернулся ко мне.

— Кто вас тренировал, лорд Оберон? Я никогда еще не видел, чтобы этот прием исполнялся в столь… энергичной манере!

— Мой отец, — невозмутимо отозвался я и вернул меч Коннеру.

— Тогда все понятно, — улыбаясь, заметил Берушк. — Я никогда не видел, как он работает, но во Владениях Хаоса до сих пор ходят легенды о его бурной молодости. Кажется, он был весьма искусным фехтовальщиком.

— И остается таковым, — сказал я. Мне вспомнилась наша схватка с адскими тварями — там, в Кингстауне. Искусство Дворкина иначе как потрясающим не назовешь. — Ну так как, прошел я ваш экзамен?

— Лорд Оберон, боюсь, мне нечему учить вас, — сказал Берушк.