Хроники Амбера. Книги 1 - 13

«Игра и вправду опасна», — думал я, наклонив голову и вдыхая исходящий от нее мускусный аромат. Она должна была поверить, что между нами ничего не изменилось — по крайней мере пока.

Была такая старинная поговорка: «Держи друзей близко, а врагов — еще ближе». Вспоминая об этой поговорке, я приподнял пальцами подбородок Реаллы и впился в ее губы долгим и страстным поцелуем. Такая красавица… и она явилась, чтобы предать меня. Чтобы выпить мою кровь, мои силы, мою жизнь.

Когда мы отстранились друг от друга, чтобы отдышаться, она взяла меня за руки и посмотрела мне прямо в глаза.

— Я верю тебе, Оберон, — сказала она, внимательно изучая взглядом мое лицо. — Не многим мужчинам я верю. Не огорчай меня.

— Не буду, — пообещал я.

И все же я чувствовал, как ускользает, уходит прочь моя любовь к ней. Я повел себя глупо, по-ребячески, как полный идиот, руководимый одними только страстями. Надо было позволить Эйберу убить ее. Надо было сделать все, что угодно, только не то, что сделал я… и насколько я понимал, я продолжал и буду продолжать делать это.

Женщины всегда были моим самым слабым местом. Много лет назад, в Илериуме, когда мне было шестнадцать и я только-только поступил новобранцем в войско короля Эльнара, я как-то раз, после на редкость кровавого боя против назарян, провел ночку в компании друзей со шлюхами.

В ту ночь обладатель множества боевых шрамов, старый капитан по имени Мазир отвел меня в сторонку.

«Ты подаешь большие надежды, — объявил мне Мазир, и я понял, что он жутко пьян. — Смотри… не подведи».

«Это вы в каком же смысле?» — осведомился я.

«Видел я, как ты на баб таращишься… И как они на тебя — тоже видел… Ты слишком смазлив… и чересчур доверчив.

 — Он икнул. — Погано, когда и то, и другое вместе… Так что ты… мой юный друг… того, живи с оглядкой. А не послушаешь меня — женщина тебя погубит. Так и запомни… женщина!»

Хороший был совет. И ни разу я им не воспользовался.

Вот и теперь, вместо того, чтобы уносить ноги от беды, я взял и снова поцеловал Реаллу. Она прильнула ко мне. Ее губы были теплыми и мягкими, исходивший от нее аромат наполнял мои ноздри и пьянил меня.

Я целовал ее — и моя злость отступала. Я чувствовал, как ее тело прижимается к моему, и мне казалось, что не нужно ее бояться.

Верно, она использовала меня. Но ведь и я, со своей стороны, ее тоже, в некотором роде, использовал. Для меня она стала якорем, удержавшим меня от дрейфа по океану безумия, у пристани моей прежней жизни.

Но я больше не нуждался в помощи такого рода. Теперь следовало использовать Реаллу для моих собственных целей.

— Расскажи, почему ты на самом деле пришла сюда, — попросил я.

— Потому… — Она растерялась, ее глаза забегали, и я увидел по ее взгляду, что она стыдится того, что предала меня.