Хроники Амбера. Книги 1 - 13

 — Как только мимо будут проходить Эйбер или Фреда, впусти их. Скажи им, что я оставил для них записку на письменном столе.

— Слушаю и повинуюсь, господин!

Я захватил с собой две карты — отцовскую и ту, на которой Эйбер изобразил мою спальню — и убрал их в кошель, притороченный к поясу. Затем я взял ту Карту, которой меня снабдил Псевдо-Локе, и отправился на площадь Цагот на полчаса раньше условленного времени.

Как на картинке, так и наяву, место под названием Цагот являло собой небольшую, вымощенную большими каменными плитами площадку. Темные дома подступали к ней со всех сторон.

Четыре луны плавали по небу в разных направлениях, звезды кружились подобно светлякам. Я огляделся по сторонам в полумраке и рассмотрел у дальнего края площади несколько статуй отвратительно обезображенных людей с мечами в руках. Только там и можно было спрятаться, что я и сделал. Ушел за статуи и присел на корточки за пьедесталом одной из них. Отсюда был виден центр площади, а меня видно не было.

Я достал Карту отца и пристально вгляделся в нее. Я ощутил, как где-то вдалеке что-то дрогнуло, но контакт не установился.

— Я — на площади Цагот, — проговорил я.

 — Если ты слышишь меня, мне бы вправду не помешала твоя помощь.

Ничего не произошло. Ни ответа, ни ощущения присутствия отца, ни единого слова. Я вздохнул и убрал карту в кошель. Вот тебе и отцовская забота. Я так и знал.

Как я и думал, ждать мне долго не пришлось. Неожиданно на площади появился мнимый Локе. Он был один. Обнажив меч, он встал, готовый атаковать меня в то мгновение, как только я попытаюсь переместиться на площадь с помощью той карты, которую он мне дал. Если бы я явился вовремя, он бы очень быстро со мной покончил.

Но вышло по-другому. Я бесшумно поднялся, прицелился и выстрелил из арбалета в спину моего врага.

Но он, видимо, почувствовал, что к нему летит стрела. Резко развернувшись, он безо всякого труда схватил ее на лету.

— Итак, — процедил он сквозь зубы, — ты все знаешь.

— Да, — отозвался я, выхватил меч из ножен и вышел на площадь. Рукоять волшебного клинка лежала в моей руке так удобно, будто его выковали специально для меня. Я шагнул вперед. — Тебя выдал Фенн. Ты разговаривал с ним. А он сейчас — в нашем доме.

Мой противник покачал головой и сбросил свое лицо — в точности так, как змея сбрасывает кожу.

Я замер и вытаращил глаза, зачарованный и испуганный. Это был не Локе. Этого я ожидал. Но то лицо, которое я увидел под фальшивой личиной… Ульянаш?

— Ты покойник, — сказал я. — Я тебя убил!

— Ты так же непроходимо глуп, как твой папаша, — осклабившись, проговорил Ульянаш и стряхнул кусочки кожи, налипшие в уголках глаз. — Здесь у тебя нет власти, богохульный выродок! Ты ничего не знаешь о том, как здесь принято себя вести.