Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Потом я вернулся к той картинке, которую изобразил на стене в соседней комнате, встал напротив нее и сосредоточился. Постепенно я почувствовал, как картинка оживает передо мной. Рисунок потемнел, появились оттенки коричневого и черного цветов… тени удлинились… проступила глыба жертвенного камня… потом — спираль винтовой костяной лестницы… проем в стене, через который выводили узников…

Проем стал больше… еще больше… заполнил собой стену.

Я сжал рукоять меча и шагнул в этот проем.

Внутри башни оказалось пусто. Я догадался об этом по гулкому эху, сопровождавшему мои шаги.

Там, в глубокой тени, где прежде я видел лорда Зона, теперь никого не было. Его зловещее присутствие не ощущалось.

Я на цыпочках пробрался к темному дверному проему и выглянул в узкий коридор, который уходил по спирали вниз. Там горел один-единственный факел. Я помедлил и прислушался, но не услышал ничего… ни скрипа кожи, ни позвякивания доспехов, ни стонов узников.

Я пошел вперед, ступая медленно и бесшумно и держа наготове меч. Мне не верилось, что удастся вот так вот просто и легко выручить Тэйна из беды.

Коридор вел меня вниз. Через какое-то время я подошел к нескольким дверям.

Все они были заперты. Что это — темницы? Я отодвинул засов на первой двери и открыл ее настежь. За дверью оказалась крошечная каморка, где едва можно было улечься на пол во весь рост. В углу валялся прикованный к стене цепями скелет, кости которого были местами обглоданы. Сохранились клочки одежды, но ничто не подсказало мне, кто это мог быть. Мне оставалось лишь надеяться, что это — не кто-то из моих пропавших без вести братьев и сестер.

В двух следующих камерах было пусто.

В четвертой я нашел Тэйна.

Его не сковали цепями.

Он лежал на куче соломы у дальней стены. Его оголенная грудь и руки были покрыты множеством загноившихся ранок и порезов — все выглядело в точности так, как во время моего последнего странствия сюда в момент видения. Желтая корка склеивала веки Тэйна. На секунду у меня мелькнула мысль о том, что он, быть может, мертв, но затем я склонился к нему, и, когда на его лицо легла моя тень, он застонал и попытался оттолкнуть меня.

— Лежи, не шевелись, — тихо произнес я. — Я — твой брат Оберон. Я здесь для того, чтобы спасти тебя.

Тэйн начал метаться и бессвязно кричать.

Он явно лишился рассудка. Хорошо еще, что он и сил лишился тоже. Он был слаб, как ребенок. Одной рукой я прижал его руки, а потом поднял его и перебросил через плечо. Он оказался на удивление легким — наверное, он теперь весил не более ста фунтов. Еще бы — он так исхудал… Кожа да кости. Мне было совсем не трудно нести его.

Но как только я развернулся, чтобы покинуть узилище, неожиданно стало темно. В дверном проеме столпилось с полдюжины стражников. Это они заслонили свет факела.