Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Я изумленно глазел на его безбрежный купол.

Наконец, заставив себя опустить взгляд, я вздохнул и решил, что пора приниматься за дело. Первостепенная моя задача – спасти себя. Надо выбраться из этой Тени – если это вообще Тень. Даже если бы на то не было других причин, я уже начал ощущать первые муки голода.

Я быстро произвел инвентаризацию. Меч, нож, сапоги, колода Карт – все на законных местах. От меня самого тоже ничего не убыло. Я даже не наставил себе синяков. Голова работала не хуже, чем обычно.

Если Карты все еще работают, я могу с их помощью вызвать любого из моих братьев и сестер и выбраться отсюда.

Или можно пустить в ход какую-нибудь из Карт с изображением конкретного места и просто перенестись туда. Проблема заключалась лишь в том, что я не знал, насколько там сейчас безопасно. Слишком уж много народу пыталось убить меня, чтобы наугад отправляться неведомо куда. По крайней мере, прежде, чем я не предприму необходимые меры предосторожности – например, обзаведусь собственной армией.

Я достал из поясной сумки Карты и стал их перебирать, пока не наткнулся на портрет Эйбера. Эйбер мне нравился больше всех моих братьев и сестер; он, похоже, был единственным, у кого имелось чувство юмора, и он вправду был единственным, кто на самом деле принял меня и не заставлял сомневаться в моей принадлежности к семье.

Я заколебался. Может, связаться с ним и попросить о помощи?

Нет... не с Эйбером. Во всяком случае, не сейчас. Он мне нравился, но я не до конца доверял ему. У него были свои проблемы и свои цели. Он предал нас Утору, королю Хаоса, хоть и сделал это под давлением. Я мог простить Эйбера за это... но доверие мое ему предстояло заслужить заново.

Положив эту Карту в низ колоды, чтобы ее в случае чего легко было найти, я продолжил перебирать холодноватые глянцевые картинки.

Мой покойный брат Локе... от него уже никакой помощи не получишь. Мой брат Коннер... моя сестра Блейзе...

Потом я добрался до отцовской Карты. На ней был изображен карлик в нелепом наряде шута, с колокольчиками на носках остроносых фиолетовых башмаков и с дурацкой ухмылкой на лице. Эйбер нарочно нарисовал отца в таком виде. Он никогда не упускал случая исподтишка посмеяться над тем, кто относился к нему свысока, а наш отец этим отличался.

Взяв Карту, я сосредоточился и представил отца. Но мысленный образ отказывался оживать. Как я ни сосредотачивался на нем, я не ощущал ни проблеска сознания. Что с Дворкином? Мертв? Без сознания? Просто игнорирует меня? Все казалось равно вероятным, а выяснить истинное положение дел у меня сейчас не было возможности.

Кроме того, вполне могло оказаться, что Карты больше не работают. В конце концов, отец ведь уничтожил Узор, из которого они черпали силу. Нет, лучше я буду пока считать, что они работают.