Хроники Амбера. Книги 1 - 13
И все же… За последний день я повидал столько чудес и столько проявлений магии, что невольно задумался: а вдруг я ошибаюсь?
— Ну, — сказал в конце концов я, — будем надеяться, что это правда. Но наверняка я не знаю и никто не знает. И что, этого достаточно, чтобы Локе меня возненавидел? Просто потому, что Фреда считает, будто я могу спасти нашу семью?
— Нет. — Он снова заколебался.
— Значит, есть что-то еще, — сказал я. — Ну Давай, колись.
— Папа всегда говорил о тебе с любовью — даже слишком. Оберон то, Оберон се. Рассказывал, каким великим фехтовальщиком ты становишься.
— А теперь я и вправду очутился здесь… теперь я из героя рассказов превратился в живого, осязаемого соперника… теперь Фреда предсказала, что я, а не он, спасу нашу семью… Локе чувствует, что его положение пошатнулось. И он почти в отчаянии.
— Ну, в конце концов, он ведь старший, — почти виновато сказал Эйбер. — Но папа свободно может выбрать себе другого наследника… которого больше любит… Тебя.
Меня?! Так вот в чем загвоздка! Фреда считает, что у меня есть шанс унаследовать титулы и владения, где бы они ни находились.
А, да какая разница! Ситуация выглядела настолько невероятной, что я расхохотался.
Эйбер посмотрел на меня, как на умалишенного.
— Вряд ли я хоть что-то унаследую, — сказал я.
— Титул часто достается не первенцу, а сильнейшему.
— Навряд ли меня можно считать сильнейшим. У меня нет ни друзей, ни союзников. Я никого здесь не знаю. И мне не нужен титул.
— Возможно, именно этим ты и опасен. Попробуй взглянуть на это дело вот с какой стороны: Локе никогда не был папиным любимцем. И он это знает. Но он — первенец, и в этом его преимущество перед тобой. С одной стороны, он постоянно был здесь и помогал отцу. С другой, за ним уже стоит крупное, преданное ему войско.
— И что, предполагается, что я вот так вот просто приду и лишу его этих преимуществ? И каким же образом?
— Ну, ты ведь здесь.
А и вправду, почему бы и не я? Неудивительно, что Локе боится и ненавидит меня.














