Классический Эндшпиль

Сквозь ресницы просачивался тусклый свет, на каменных стенах плясали неясные тени. Вернулся слух, рядом раздался тихий стон, кто-то стонал от боли. Алеш с трудом поднял голову и попытался оглядеться, но не смог удержать равновесие, и она вновь упала на грудь.

– Посмотри, милый, это здоровяк проснулся, – услышал он мелодичный женский голос и снова попытался поднять голову. Сильные руки взяли его за подбородок и приподняли. Перед затуманенными глазами появилось знакомое женское лицо с неясными, размытыми очертаниями. Алеш стал моргать, чтобы прогнать муть, и это ему удалось. Он увидел женщину, очень похожую на Исидору, только с пышной прической, возвышающейся над головой, словно башня. Вместо янтаря на ушах у нее висели серьги с синими камнями.

Облизав запекшиеся губы, Алеш, с трудом преодолевая слабость, тихо произнес:

На что женщина рассмеялась резким, неприятным смехом с визгливыми нотками:

– Исидора? – спросила она и приблизила свое лицо. – Нет, красавчик, я – ее сестра, мое имя тебе ничего не скажет. А твоя Исидора вот. – Его голову резко повернули в сторону, и Алеш увидел распятую на кресте обнаженную девушку. Он вновь удивленно произнес:

– Она самая, – ответила женщина и повернула его голову к себе. – Кто ты и почему ты с моей сестрой? Она должна была погибнуть в темнице, но вот же я вижу ее с тобой? У меня накопилось много вопросов, и тебе лучше на них ответить.

Алеш не стал спорить:

– Дай пить, а потом спрашивай, – ответил он.

– Ха! Так ты не такой дурак, как показалось. Марчек, дай ему воды, – приказала женщина и отпустила голову Алеша. Без поддержки она безвольно упала на грудь.

К нему подошел крепкий бородатый мужик с оголенными сильными руками, покрытыми черными волосами. Он небрежно поднял его голову за волосы и приставил мятую жестяную кружку ко рту. Алеш, стуча зубами, стал жадно пить, проливая воду на грудь.

– Хватит, – приказала женщина. Она стояла рядом, сложив руки на груди. Теперь Алеш мог видеть гораздо отчетливее. Рядом с женщиной, очень похожей на Исидору, стоял наглый карлик и корчил рожи. Алеш помнил его, он бегал по залу, где они пили вино.

«Вино?.. – догадался Алеш, их отравили и пленили. – Хитро», – подумал он.

– Ну что, дылда, кто из нас дурак? – ехидно рассмеялся карлик. – Это я тебя поймал. Вы, люди, такие доверчивые. – Он скабрезно рассмеялся, сунул руку под нос и, от удовольствия закрыв глаза, вдохнул запах руки. – Я покопался в недрах твоей подруги, – произнес он. – Знаешь, она свежа и не воняет рыбой, хорошая самка. Жаль, я не могу ее затрахать до смерти, моя любовь мне это не позволяет, – он обнял за бедра стоявшую рядом женщину. – Но зато ее могут драть палач и его помощник.