Клеймо тирана (СИ)

А если Гоша или Андронов решат, что я Леону больше не интересна. Поэтому езжу теперь только на такси, сразу забегая домой и прячась за закрытой дверью. Работа и учеба отвлекают, но успокоения не дают. Страх все равно ледяными иглами колит копчик. А порой выходить из дома страшно. Отвлекалась поиском разных курсов по стрейчингу. Нашла даже бесплатные или пробные. Выписала себе в блокнотик, чтобы потом ходить. Когда буду чувствовать себя свободнее.

В клубе же у меня даже появилась приятельница. Подругами назвать нас с Зоей сложно, но мы довольно много общаемся и даже ходили пить кофе. Я ничего про себя не рассказываю особенного, но нам и без этого находится, о чем поговорить.

Я узнала, что клуб и само здание принадлежит Игорю Руслановичу еще с тех пор, как тут был завод алкогольной продукции, принадлежащей его деду.

Но позже, став мастером спорта с не малой долей титулов, он собрал средства с государства и открыл тут клуб молодых дарований бокса. Раньше тут все было иначе. Бои, зрители, но потом лавочку прикрыли. У тренера даже здание хотели отнять, но он смог его отстоять и вернуть и себе спортивную школу.

Сюда приходят к конкретному тренеру, несмотря на то, что он уже в возрасте. Потому что знают, что лучше него нет во всей Москве.

После очередной тренировки, я хочу уже узнать у Игоря Руслановича, может он что знает о Звереве. Это уже не в какие ворота не лезет.

Я тороплюсь по коридорам в сторону кабинета тренера. Замедляюсь, натыкаясь на ряд фотографий. На них парни и девчонки с медалями и поясами.

Один из них, самый крупный, кажется мне знакомым. В отличие от других симпатичный, не смотря на свои внушительные габариты. Сердце пропускает удар и стремиться вырваться из груди.

Четкая линия лица, идеальные формы грудной мышцы и косых на животе.

Он держит одну руку вверх и улыбается широко и гордо.

Господи, как ему идет улыбка. А какой он потрясающий без бороды.

Я невольно поднимаю руку, чтобы притронуться к стеклу под которой фотография.

Да, в его профессии с таким лицом лучше носить бороду, потому что Леон чертовски привлекателен. До мурашек. Я убираю руку, когда слышу свое имя.

— Ты хотела меня видеть? — спрашивает тренер, видит, где я стою и подходит. Тяжело шагает, порой кажется, что задыхается. — О, чемпион. Мой лучший ученик.

— Прочему он перестал играть? — снова смотрю на Зверева в его двадцать лет. — Может повредил себе что — то?

С ужасом представляю, что такое бой на ринге. Ему, наверное, больно было?

— Ну… тут мне стыдно вспоминать.

— Нет ни одного человека, который бы не скрывал постыдную историю своей жизни, даже если ведет он себя внешне очень прилично.

— Ха, согласен конечно. Мне тогда предложили устроить рекламу моему клубу, устраивать бои за деньги. Я тогда нуждался сильно и согласился.