Клетка для души (СИ)

Ему казалось, что он кричал, но сведенное судорогой горло не пропустило ни звука... И тогда он упал на колени, убивая остатки своей гордости, и в мольбе протянул руки к королю.

- Ааа... наконец-то ты понял, как следует приветствовать своего короля... – Харальд довольно ощерился, прикрыв глаза от удовольствия лицезреть брата коленопреклонённым. - Теперь только так и будешь... На коленях! Не при послах, конечно. А теперь поднимись, иди в свою спальню и делай, что сказали. Или ты хочешь быть виновным еще и в их смерти? И... не смей ему объяснять, почему ты это делаешь, иначе он не выйдет отсюда живым!

Ольгерд никак не мог встать... слабость в ногах... вдруг стало не хватать воздуха... перед глазами падал какой-то черный снег...

За что он так с ним поступает? За что? Жестоко и методично лишая всего, что у него было... Убивая все: любовь, дружбу, веру в него людей... И круги все расширяются... С Гуннаром Ольгерд не виделся уже давно, и все равно тот попал в круг ненависти... И не один, с семьей...

Харальд делал все, чтобы никому даже и в голову не пришло помочь Ольгерду... Чтобы он остался один... совсем...

- Вставай! – Харальд ударил Ольгерда ногой в плечо, откидывая того назад. – Я сказал, вставай! – рычал старший брат, и младший встал, шатаясь, словно пьяный. – Никчемное создание! И что только отец в тебе нашел! И он еще смел задуматься, кого посадить на престол! За что и поплатился! А ты - тряпка! Сломать тебя оказалось проще простого!

Отец! Неужели эта мразь... Но ведь он болел... Или нет? Ольгерд вскинул голову... Магическая клятва болью сдавила сердце, и еще одна пощечина уже не имела значения...

Король отошел и что-то плеснул в кубок с вином. Ольгерд понадеялся, что яд...

- Пей, - ударяя краем кованого кубка, Харальд разбил губы брата в кровь.

Ольгерд отвернулся, и тогда Харальд, удерживая того за волосы, влил вино ему в рот.

- Посмей только выплюнуть, и за это кто-нибудь заплатит своей жизнью. - Ольгерд проглотил... – Теперь ты не сможешь сказать, что у тебя не встало, - ухмыльнулся Харальд, - от этих трав встанет и у покойника... А сейчас иди и займись тем, что я велел тебе сделать...

Ольгерд вышел в коридор. Он, задыхаясь, рвал ворот туники, а черный снег, не переставая, все падал и падал, сердце то останавливалось, то стучало в ушах набатом...

К горлу подкатила тошнота, закружилась голова... Ольгерд прислонился к холодной стене, но тошнота не унималась, тело начало покалывать, словно под кожу запустили муравьев... Омерзительно...

Ему предстояло изнасиловать того, кого он называл другом, даже больше - братом... Надо идти... Волна отвращения к тому, что он должен был сделать, прошла по телу, подкатывая к горлу, и за поворотом коридора его вырвало... Но часть отравы уже попала в кровь и пожаром разливалась по телу, рождая ненормальное звериное желание.