Клетка для души (СИ)

И, тем не менее, прошло совсем мало времени, а Фурр уже выбрался из беспросветного отчаяния зверя, лишенного свободы и сходящего с ума. Одним своим присутствием малыш словно говорил: «Надо подождать... Придет время...». Придет. Теперь моран верил в это так же твердо, как в восход солнца. Теперь, когда малыш рядом, надо просто подождать...

- Ну что, парень, - проговорил Морион, пристально разглядывая Сайшеса, - говорят, ты хочешь быть канатоходцем?

- Я хочу... – Сайшес еще говорил с акцентом, спотыкался, вспоминая незнакомые слова, и все равно Морион поразился, как быстро тот выучил незнакомый язык, - я хочу быть не просто канатоходцем. Я хочу быть самым лучшим! Я хочу делать то, что до меня никто и никогда не делал! Я хочу, чтобы все замирали от восторга, когда я встаю на канат! - Сайшес еще хотел что-то сказать, но, вскинув голову и встретившись глазами с хозяином цирка, смутился и замолчал.

В душе Мориона что-то дрогнуло... Когда-то и он хотел стать самым лучшим из эльфов, хотел помогать и хотел, чтобы им гордились... а вышло... Сердце вдруг сжало такой болью, что Морион еле сглотнул появившийся в горле комок и вдруг почувствовал на своей руке маленькую узкую ладонь. Детская ладошка, казалось, дарила тепло, и оно, поднимаясь по руке, проникало прямо в душу, отогревая ее и смывая боль.

Кто же ты такой, маленький найдёныш, что от одного твоего присутствия меняется все?

Морион смотрел в совершенно недетские глаза на детском личике и видел в них мудрость прожитых поколений. Словно память всех предков жила в этом мальчике.

Сайшес моргнул, убирая руку. Улыбка озарила детское лицо.

«Показалось...» - успокаивая себя, подумал Морион и все же вздохнул с сожалением.

Эпиграф к главе написан eingluyck1!

Просил лишь Мести – получил Надежду.

Невольник чести, был рабом он прежде,

Но знак Луаны – три златых монеты -

Проложат путь – сквозь бездну – прямо к свету!

А тот, кто сам спасеньем вскоре станет –

Под цирка куполом зарянкою летает…

*** Материк Камия. Страна Хёльд. Столица – город Сторн.

Та волна гнева, всколыхнувшаяся в душе Ольгерда, словно разбудила его. Кровь королей не хотела подчиняться такой действительности. Значит, нужно было изменять действительность под себя... И если прямое неподчинение королю грозит чужой смертью, в назидание непокорному, то обходные пути, быть может, спасут чьи-то невинные жизни, не разбудив бдительность тирана. Потому что просто смотреть на то, что происходило со страной, процветанию которой его отец и дед посвятили всю свою жизнь, не было сил.

И начнет он со своей охраны... Сначала надо было избавиться от мерзавцев, ее составлявших. Потом – окружить себя людьми, в ком ещё живы были понятия чести.