Клиника в Гоблинском переулке

Я ее отпущу, если…

Он внезапно замолчал, я вскинула взгляд, так и не дождавшись продолжения. Орк разглядывал меня, наклонив голову. Из его рта вырывалось смрадное дыхание, с обвисшей губы свисала капелька слюны.

– А ты ничего такая цыпа, – сказал он хрипловатым голосом. – Что, если нам чутка поразвлечься?

Он провел ладонью по моей щеке – точно наждачкой прошелся. У меня внутри все заледенело. Я попыталась отодвинуться, но двигаться некуда: уперлась в стену.

– Нельзя нам… – выдохнула я. – Ты, конечно, очень симпатичный парень, но ты орк. Ты…

«Просто разорвешь меня…»

– Наши тела несовместимы.

«О боги, боги, боги, пожалуйста, нет! Как же страшно!»

В столичной клинике я присутствовала на операции, когда молоденькую девушку зашивали после того, как один такой негодяй над ней надругался.

– Ну, цыпа, ниче, я осторожненько. Потихонечку. Давай-ка…

Он потянул меня за ногу, укладывая на пол. Я забилась, закричала, заколотила свободной рукой в жалкой попытке вырваться. Он деловито перехватил руку, закрутил в петлю.

И закинул подол платья мне на голову.

Джейсон не стал обсуждать «просьбу». Молча взял листок с адресом, прищурился, разбирая написанное.

– Ря-би… Рябиновая. Ну и почерк у вас, мэтр.

– Это не я записывал, – зачем-то объяснил Ланс, – а господин Киран.

– А, передайте ему наилучшие пожелания. И, кстати, еще передайте, что господин Хельмут внес за себя выкуп и теперь нет нужды ходить к нам лечить его.

Ланс отрешенно кивнул, тут же забыв и о Киране, и тем более – о жадном домовладельце. Улица Рябиновая. Мерзкий район.

Гоблины не сказали ничего сверх того, что Ланс уже понял. Да, была, прямо осунулась, бедная, когда уходила. Да, ушла во столько-то. Но Джейсон продолжал расспрашивать, хладнокровно и педантично, словно собирая анамнез, и Лансу пришлось сдерживать нетерпение.

Низкий потолок лачуги гоблинов и полумрак давили, душили, будто чересчур тугой галстук, и, поняв, что ничего нового не услышит, Ланс выбрался на улицу.

– Получай! Вот тебе!

Звонкий детский крик резанул по ушам, а следом раздался лязг металла о металл, будто кто-то фехтовал.

Ланс скрипнул зубами. Детишки играют. Жизнь, так ее и разэтак, продолжается, и никому нет дела ни до пропавшей Грейс, ни до его беспокойства. Сталь продолжала звенеть. Ланс покачал головой – на миг целитель в его голове вытеснил встревоженного мужчину. Мальчишки вечно что-то себе ломают, на то они и мальчишки, и все-таки лучше бы они сражались деревянными палками. Но где бы им раздобыть настоящие клинки? Наверное, стащили с какой-нибудь стройки металлические прутья. На кухонных ножах так не пофехтуешь.

– Я – доблестный рыцарь света и все равно победю… побежу… Вам конец, в общем! – Речь доблестного рыцаря света прервал болезненный вскрик.