Клюква с косточкой

Не хочется верить в то, что он убил ее, но… Славику-то что от его смерти? Он всё равно не получит клуб. Если бы он преследовал эту цель, то не Антоху бы убрал вторым, а Лёшу. А то, что случилось с Антоном, это просто такое стечение обстоятельств.

— Пошли вон, — роняя слезы, приказала я. — Пошли все вон из нашего дома! — Я смахнула со стойки стаканы с виски. Они упали на пол и разлетелись на осколки по всей кухне. Я бросилась на второй этаж, закрылась в комнате, чтобы больше не видеть лиц предателей. На первом этаже хлопнула дверь. «Преданные» друзья покинули наш дом. Осталась только я, верящая в невиновность Яниса…

Я прорыдала всю ночь. На месте Яниса спал Гордон. И ему не повезло слушать все мои вопли. Все готовы опустить руки, но не я! Я точно не отступлюсь и пройдусь бульдозером по тем, кто скажет, что он убийца.

В девять утра выехала из дома. И несмотря на пасмурный день, нацепила темные очки, так как глаза сильно распухли. Я очень волновалась, подходя к кабинету следователя. Следователь спрашивал то, что вчера перечислил Волков. Я рассказала, ничего не перевирая и не приукрашивая. Казалось, его острый взгляд видел меня как рентген. Стоит только немного соврать, и он тут же меня раскусит. Допрос длился примерно минут двадцать, а потом меня отпустили.

По дороге домой в голову закралась отличная мысль. Но для ее воплощения я должна была помириться с Полиной. В десять утра написала ей СМС, в котором изложила суть дела. А в двенадцать она уже пила кофе у меня на кухне.

— Так, тогда предлагаю начать с детдома! — допив кофе, Поля встала из-за стола. — Идем, нам нельзя терять ни минуты!

Мне пришлось пересилить себя. Да, я знала, на что шла. Придется выслушать истории о любви Жанны и Яниса, пропустить их через свою душу, но я готова была пойти на это.

Я припарковалп «мерседес» у ворот детдома, в котором мы с Янисом росли, и пока ждали, когда нам откроют, Полька настроила камеру.

— Доброе утро! Мы бы хотели поговорить с воспитателями или нянечками, которые давно работают здесь, — деловитым тоном журналиста со стажем заговорила Поля с женщиной в фартуке, которую я не знала.

— Из воспитателей… — задумалась женщина. — Ну, если только Марина Сергеевна.

А вот ее я хорошо знала. Надеюсь, она не вспомнит, как я однажды укусила ее за руку.

Запах еды в коридоре, рисунки на стенах, поделки на окнах, детские голоса, раздающиеся с верхнего этажа, звук фортепиано из актового зала… Я словно попала в детство. И почему-то мне не хотелось в нем оставаться надолго…

— Клюква, — толкнула меня в бок Полька. — Ты когда в последний раз ела? Смотрю на тебя, и кажется, что ты вот-вот в обморок шлепнешься.

— Всё нормально, — улыбнулась я.