Колдовской вереск (СИ)

Деревенские платят налог с земли, которую обрабатывают, лавочники платят с каждой лавки, а мы что поймали, то сдали, чтобы заработать хоть какую-то копейку. Мы свободная артель. Платим только за аренду своих домов.

- Тогда откуда у вас средства на строительство? – Торнтону стало неловко. Его всегда заботила лишь плодоносящая земля, на которой можно было вырастить пшеницу и ячмень.

- Это все наша Макнотен! – крикнул кто-то из рыбаков. – Она позаботилась о нас!

- Макнотен? – граф недоуменно уставился на рыбаков. – Вы сказали Макнотен?

- Да, леди Арабелла Макнотен, - подтвердил старик.

– Эта девушка после пожара пришла к нам, дала денег, чтобы наши семьи не голодали. Закупила лес и снасти.

- Наша Макнотен! – снова раздалось из толпы. – Благослови ее Господь!

Торнтон был шокирован до такой степени, что наскоро попрощался с рыбаками и поехал обратно, позабыв о новом седле. Какой позор для владельца земель - не знать о пожаре! Ему никто не рассказал об этом! Даже слуги думают, что ему все равно! Позор!

Он зло застонал, на секунду прикрыв глаза. Но тут же мысли графа вернулись к светловолосой ведьме со змеиным жалом вместо языка.

Арабелла оплатила строительство и снасти?! Наша Макнотен?!

Так называли только очень уважаемых людей. Людей, которым доверяли. Но как это произошло?

- Она продала колье! – рявкнул граф, пришпорив лошадь. – Обманщица! Лгунья!

Он почти залетел в ворота своего замка. Гнев затопил его полностью, красной пеленой застилая глаза. Как она посмела?

Торнтон вбежал по ступенькам, ворвался в холл, хлопнув дверью так, что грохот пронесся по всем этажам замка.

- Чарли! Чарли, черт тебя дери!

Из коридора показался дворецкий и в изумлении уставился на него.

- Скажи, чтобы мне приготовили чистую рубаху! Немедленно! Я еду в Гэлбрейт!

- Да, милорд, - дворецкий поклонился и добавил: - Только что был посыльный оттуда.

- Откуда? Из Гэлбрейта? – Торнтон замер, схватившись за перила.

- Да, милорд. Он привез какой-то сверток.

- В вашем кабинете.

Граф резко развернулся и помчался в кабинет. Что еще придумала эта невыносимая девица?!

Он зашел в кабинет и сразу увидел лежащий на столе предмет, завернутый в простую льняную ткань. Под ней оказался деревянный пенал с позолоченным замочком.

Медленно открыв крышку, Торнтон громко выругался. Перед ним сияли кроваво-алыми гранями рубины «Колдовского вереска».

Тетушек не было уже пятые сутки и я не находила себе места от волнения. Ювелир тоже переживал, хоть старался этого не показывать, развлекая меня смешными историями. Я каждый день выходила на дорогу, смотрела вдаль, но возвращалась ни с чем. Бронкс успокаивал меня, мол, дорога не близкая, дело тоже непростое, так что скоро приедут.

Да и интуиция молчала, не тревожа меня дурными предчувствиями.