Колдовской вереск (СИ)

Уилли при жизни был хорошим человеком и, скорее всего, не обидится, если его вечный сон потревожит «малышка Белла». Старик любил меня, а я всегда считала его своим дедушкой…»

Мда… «малышка Белла» была точно не проста! Вот она как раз та самая, настоящая ведьма… Знающая все темные тайны потусторонних миров…

А ведь черная ведьма всегда представляется нам воплощенным злом, темной, заблудшей душой. Она должна варить зловонные зелья, курить трубку и кидать в котел крыло летучей мыши, пальцы висельника, воронью голову и жабьи шкурки. Но на самом деле, как говорила мне бабушка, ведьма не рождается чёрной или белой! Ведьмовской эгрегор уравновешен, но бывает пробит чем-то сильным.

Если когда-то ведьма оступилась и совершила зло, ее эгрегор наполняется темными силами, которые перевешивают светлые. С каждым поколением темноты становится больше, она порабощает ведьм этого рода. Мне не казалось, что Эдана и Маири совсем черные, но их эгрегор был разбалансирован, а Арабелла имела еще больше мрака… Может, меня прислали сюда исправить это? Уравновесить свет и тьму?

Первые солнечные лучи медленно скользили по еще сонной земле и с их появлением туман над озером медленно покидал низину.

Разносился сладкий аромат диких трав, а солнце поднималось все выше, озаряя своим светом верхушки деревьев. Мы ехали по пыльной дороге, и я всю дорогу проваливалась в сон, убаюканная мерным покачиванием.

Как только мы прибыли в деревню, Джинни, не слезая с телеги, проверила деньги, все мешочки в корзине, поправила чулки и только потом спрыгнула на землю.

- Вы со мной, леди?

Мне пришлось соврать ей, потому что мы с Бронксом должны были встретиться с рыбаками.

- Джинни, я хочу полюбоваться на ткани в местной лавке. Совсем недолго…

- Возьмите с собой Бронкса, чтобы чего не случилось, леди Арабелла, - женщина погрозила нам пальцем, и, покачивая крутыми бедрами, пошла в сторону рыночной площади.

Рыбаки сидели в маленькой харчевне, находящейся в конце деревни, и слуга попросил меня подождать на улице.

Он скрылся за дверями приземистого, темного строения, а я присела на широкую скамью, стоящую у стены.

Мне было немного не по себе из-за предстоящей беседы, но я запретила себе нервничать. Если уж решилась, то нужно идти до конца.

- А что ж ты не приходишь, Арабелла? Позабыла уже старую Тристу? – скрипучий голос раздался совершенно неожиданно. – Или что случилось?

Я медленно повернула голову, и мои брови поползли вверх. Из-за угла харчевни выглядывала старуха очень колоритной наружности. Она поманила меня пальцем и, сгорая от любопытства, я пошла за ней.