Конец смены

Кажется, ее очень интересовали стволовые клетки, учитывая состояние дочери…

— И это все за десять минут?!

— Пожалуй, ничего о самоубийствах.

— Да. Но откуда тогда она узнала про эту штуку с гелием? Откуда узнала, что надо растворить эти таблетки в водке и налить в питательную трубку дочери?

— Ну… — пробует что-то предположить Ходжес, — есть же еще такой древний ритуал — книжки читать. Ты, наверное, о нем слышала…

— А ты в гостиной хоть одну книжку видел?

Когда Холли краснеет, то становится как стоп-сигнал — кровь страшноватым образом приливает ко всему ее лицу.

Вот именно это сейчас и происходит.

— Остынь. И что же это?

— То, что было в розетке в ванной.

Она разворачивает газету и показывает ярко-розовый гаджет с темно-серым экраном. Больше электронной читалки, меньше планшета.

— Когда я спустилась, я села в кресло миссис Эллертон, чтобы поразмышлять. Поводила руками между подлокотниками и подушкой. Даже не искала ничего. Просто все само произошло.

Одна из многочисленных техник самоуспокоения Холли, думает Ходжес. Он много подобного насмотрелся, с тех пор как впервые встретил ее в обществе гиперзаботливой мамаши и агрессивно дружественного дядюшки.

В их обществе? Да нет — не совсем. Если общество, то между его членами равенство. Шарлотта Гибни и Генри Сируа относились к Холли скорее как к умственно неполноценному ребенку, которого им временно поручили. Холли теперь — совсем другая женщина, но от того ее старого «я» следы все равно заметны. И Ходжес ничего не имеет против. Ведь мы все не идеальны.

— Вот там это и было — внизу справа. Это — «Заппит».

Название слегка задевает в его памяти какую-то струну, хотя, когда речь идет о всякие электронных штучках, Ходжес не большой знаток.

Он все время возится со своим домашним компьютером, и теперь, когда Джером Робинсон к нему не приходит, к нему на Харпер-роуд наведывается Холи, чтобы привести комп в порядок: «Что, глючит?»

— Да, выглядит странновато. Не то что совсем фантастично, но так, что-то не то.

— А шнур был включен рядом с буквой Z. И эта «Z» означает не конец, не смерть, а «Заппит». По крайней мере, я так думаю.

Ходжес задумывается.

«Как давно я не был у него? Полгода? Восемь месяцев? Нет, больше.

Значительно больше…»

Последний раз — вскоре после дела, связанного с Питером Зауберсом, ворованными деньгами и блокнотами, которые Питер фактически откопал на своем заднем дворе. Тогда Ходжес увидел Брейди практически таким же, как всегда, — овощевидный молодой человек в полосатой рубашке и джинсах, которые никогда не пачкались. Он сидел в том же самом кресле, в котором его каждый раз видел Ходжес, заходя в палату 217 клиники повреждений головного мозга, и просто смотрел на парковку через дорогу.