Король медвежатников

После его слов никто уже не сомневался, что в этом заведении отставной генерал частый гость.

Елизавета спускалась сразу за Аристовым впереди. Фигуры ее не разглядеть, лишь неотчетливый силуэт. Вот она приостановилась и жалобно попросила:

Родионов сделал полшага и почувствовал ее горячее дыхание. Оказывается, девушка была рядом. Чуть поотстав, сопел Мамай. Вот он зацепился за поручень, и потревоженный металл сердито и одновременно жалобно завибрировал.

— Господа, прошу поаккуратнее! Если они услышат, то не выпустят нас отсюда живыми.

Мамай что-то приглушенно забормотал в свое оправдание, а генерал уже где-то в самом низу радостно воскликнул:

— Вот и выход, господа! Прошу двигаться побыстрее!

Выход из подвала вел в соседний дворик.

Такой же, как и первый. Только вместо ворот — проем! У ворот на зеленой скамейке сидел дядька. Обыкновенный монмартровский персонаж, таких можно встретить почти в каждом дворике.

— Мсье, у вас не найдется для меня десяти сантимов?

Бродяга широко улыбнулся и, кивнув на публичный дом, жизнерадостно сообщил:

— На удовольствие не хватает.

— Держи! — протянул Аристов монету, разрубленную наполовину.

 — Годится?

Тот достал из кармана точно такую же, приложил к половинке и кивнул:

— А теперь выручай, голубчик! А то, чего доброго… прибьют нас здесь!

Бродяга мгновенно поднялся и заторопился в глубину двора:

— Пойдемте сюда, здесь проходной двор.

— Куда он нас выведет? — старался не отставать от него генерал.

— На соседнюю улицу.

Савелий чертыхнулся, зацепившись локтем за торчащий в заборе гвоздь. Но уж лучше рваный костюм, чем драная шкура.

— Куда теперь? — спросил генерал, когда они вышли на соседнюю улицу.

Бродяга дважды заливисто свистнул, и тут же на его зов подкатил экипаж, запряженный двумя серыми лошадьми.

— Он вас отвезет, куда скажете!

— Хорошо, — направился к пролетке генерал Аристов. — Прошу вас, красавица, — подсадил он Елизавету. Мамай взобрался последним, он негромко скомандовал извозчику: — Поезжай, голубчик, на Валери.

— Как скажете, мсье, — отозвался извозчик, едва взглянув на пассажиров.

— Так чем вы все-таки занимаетесь? — спросил Савелий у Аристова, когда экипаж, набрав скорость, устремился по улице.

 — Как вам удалось меня разыскать?

Григорий Васильевич обхватил резной костяной набалдашник трости, и из-под рукавов пиджака выглянули белые манжеты, скрепленные крупными ярко-зелеными изумрудами. Похоже, что на чужбине генерал не бедствует. Такие камушки стоят целое состояние.

— Дорогой мой Савелий Николаевич, вы, кажется, позабыли о том, что я сыскарь. Я как перебрался в Париж, так открыл свое частное сыскное агентство. Так что тужить не собираюсь и в общем-то живу не бедно.