Корона жигана
Во взгляде незнакомца царило абсолютное безразличие. Курахин невольно удивился — неужели тот готов к смерти? Подняв руку с револьвером, Кирьян направил ствол в лицо незнакомца. Хотелось увидеть заплескавшийся в его глазах страх, но вместо этого он увидел какую-то наивность и удивление. Не в силах остановиться, Кирьян нажал на спусковой крючок. Пуля отбросила грузное тело на чугунные ступени, Кирьян, перепрыгнув через убитого, побежал дальше.
За спиной громко хлопнула дверь. Это выскочили Макей со Степаном.
— Сюда! Сюда, Кирьян! — заорал Макей.
Кирьян повернулся на голос, сбив с ног молодого парня, вставшего на его пути.
Под аркой ворот их дожидалась пролетка. В извозчике Кирьян сразу же узнал рыжего парня, который привез его к гостинице. От прежней сонливости у того не осталось ни следа. Он энергично махал рукой, подзывая жиганов. Бабахнул выстрел, и в опасной близости просвистела пуля. Кирьян увидел, как со двора, отрезая ему пути к отступлению, бегут два человека в кожаных тужурках.
Эти двое уже были не страшны. Крепко вцепившись в поручни пролетки, Кирьян рухнулся рядом с Макеем. Извозчик крепко пригрел задремавшую лошадку кнутом. — Пошла, каурая! — заорал извозчик, согревая лошадку новыми ударами.
Едва не опрокидываясь, пролетка вывернула на Кузнецкий Мост.
Кирьян обернулся лишь однажды. Теперь-то одновременно ожили все фигуры, стоявшие по углам, на улице гремели выстрелы.
— Гони! — орал Макей. — У них автомобили есть.
— Понял, господа! — радостно отозвался извозчик, словно обрадованный возможной погоней.
— Разворачивайся! — заорал Кирьян.
Извозчик, не слыша его окрика, продолжал погонять лошадь.
— Давай, Шайтан! — орал извозчик.
— Разворачивайся! — заорал Кирьян и приставил ствол к рыжему затылку.
— Как скажешь, Кирьян, — послушно сказал извозчик и стал поворачивать.
Кирьян даже не удивился, что извозчик знает его имя. И стоял он у входа совсем не случайно — Макей со Степаном подстраховались. Молодцы, кое-чему и они научились.
Пролетка вновь выехала на Большую Дмитровку.
— Только бы колесо не отлетело, — обернувшись, крикнул рыжий.
















