Корона жигана

Я по ней не одну сотню верст протопал, как говорится, хватит и на детей, и на внуков.

— Когда же ты собираешься уходить? — спросила Дарья заметно напряженным голосом.

Ничто так не способствует откровенности, как любимая женщина, лежащая рядом.

— Скоро, моя радость… Вот только сыграю еще раз ва-банк. Ты же знаешь, что я игрок. Возьму нехилый куш, и свалим! А что это ты так заволновалась?

— Кому же еще волноваться, как не мне.

— И какое же дело будет на этот раз?

Кирьян никогда и ни с кем не делился своими планами. Совсем не потому, что не доверял ближайшему окружению, а оттого, что, как и всякий вор, был необыкновенно суеверен. Кирьяну, кроме собственного мастерства, наставник передал три основных правила. Во время игры в карты никогда не открывать сразу все стиры, потому что можно спугнуть масть. Не прогибаться перед сильными, потому что однажды можно не разогнуться вовсе. И не доверять женщинам.

В этот раз он нарушил сразу две заповеди.

— Меховой магазин на Тверской знаешь?

— Конечно. В прошлом году я там купила песцовую шубу.

— Возьмем его послезавтра. Это мое последнее дело. Ох, и заживем мы с тобой! — закатил глаза Кирьян Курахин, и его ладонь, скользнув по гладкому бедру, добралась до заветного местечка. — Так, что даже короли завидовать будут. Завтра соберу всех. — Потом, улыбнувшись, добавил: — А ты, я вижу, тоже готова. А ну, переворачивайся на живот… Вот так, моя кругленькая, — устроился Кирьян сзади. — А теперь расслабься и не дергайся. Хочу, чтобы тебе было хорошо.

Глава 18. Шкет по-мелкому не работает

Дверь коротко скрипнула, предупредив о незапланированном визите, Кравчук сидел за столом, уткнувшись в развернутую папку. Заместитель старательно делал вид, что не замечает появления начальника уголовного розыска.

— Ты сильно занят? — решился Сарычев обратить на себя внимание.

Карандаш в руках Кравчука дрогнул. Нечто подобное он ожидал. Приподняв голову, заместитель старательно изобразил смущение. Конечно, не артист, но тем не менее получилось очень даже правдоподобно.

— Собственно… не очень.

— Тогда давай с тобой прогуляемся немного, — и, предупреждая возможный вопрос, добавил: — Дельце есть небольшое.

— Хорошо, — охотно согласился Кравчук.

Он аккуратно сложил бумаги в картонную папку с затертыми краями и связал ее тесемками. Бережно, как если бы это был китайский фарфор, убрал папку в металлический сейф.

«Грамотно», — отметил Сарычев.

Красноармеец, стоявший у дверей с винтовкой, уважительно вытянулся, пропуская начальство. Вышли на улицу.

— Дождь будет, — проронил Сарычев, посмотрев на потемневшее небо.

— Не думаю, — сдержанно, но твердо возразил Кравчук. — Ветер разгонит. Вчера то же самое было, облака кружили, кружили, да и разбежались.

Вот в этом весь Кравчук.