Корона жигана

— Деньги сегодня не в чести, — заметил веско Макар Хрящ, сощурившись. — Вот тебе еще одна вещица, — он снял с пальца перстень с бриллиантом. — Только если выше давать будешь, золотишко нужно выкладывать.

— А ты, питерский, парень не промах, на золотишко решил меня раскрутить. Только нас этим не возьмешь, — положил Макей на стол десять золотых монет царской чеканки. — Годится?

— Вполне, — удовлетворенно кивнул Макар.

Лицо у Макея оставалось спокойным, а вот пальцы слегка подрагивали. К чему бы это, если карта у него убойная?

— Вскрываешь или дальше идешь? — как можно беззаботнее спросил Макей.

Макар достал из кармана золотой портсигар, полюбовался искрящимися бриллиантами на крышке, потом распахнул его и, вытащив папиросы, рассовал их по карманам.

— Для меня курево дороже золота. Забиваю и дальше под тебя хожу.

Жиганы уважительно загудели. Игра раскручивалась по-крупному.

— Ты, питерский, здесь у нас весь свой цветняк оставишь, — заметил Кирьян.

— Рыжье — дело наживное. Сегодня нет, а завтра целый воз наберем, — философски заключил Макар.

Макей наморщил лоб, задумавшись.

— Видно, придется мне раскошеливаться. Не думал, что дело так повернется. — И, повернувшись к Трегубовой, сказал: — Лиза, сегодня утром я тебе браслетик золотой принес с камушками и серьги, давай их сюда.

— Да ты что, родненький, — запротестовала Елизавета Михайловна, — я их уже в дело пустила!

— Давай, давай, — замахал руками Макей, — неужели хочешь без постоянного клиента остаться? Я ведь могу вещицы и в другое место отнести.

Мадам Трегубова повздыхала и пошла в соседнюю комнату. Вернулась через минуту. В руках она держала золотой браслет тонкой работы в виде нескольких сплетенных змеек и серьги с темно-зелеными изумрудами.

— На сколько же они потянут? — невольно вырвалось у Макара Хряща.

— На сколько потянут, не ведаю, но если их на уши нацепить, так они точно мочки оторвут, — заметил Макей. — Ты что думаешь, питерский, у тебя одного, что ли, красивые вещички водятся? Нам тоже кое-что перепадает!

— Откуда же у тебя такая красота? — не сумел сдержать восхищения Макар Хрящ.

— Откуда, спрашиваешь? У фрейлины одной за буханку хлеба выменял, — с усмешкой отвечал Макей. — Ну, так как, на банк сгодится?

— Самое то, — удовлетворенно отвечал Макар, разглядывая изумруды. — Да что там фрейлина!.. Такие вещи незазорно самой императрице носить! Как сорву банк, будет в чем моей крале на малинах щеголять, — произнес жиган.

В ответ одобрительно захохотали, сполна оценив шутку.

— Чем ответишь, питерский? Только взаймы по ходу игры не даем, у нас правило такое! — серьезно обронил Кирьян.

— Хорошее правило, — согласился Макар. — У нас в Питере такой же закон. Если денег нет, лучше за стол не садись.