Крутой. Право на любовь

«– Ты не можешь от меня отказаться!– Я могу все!– Нет, Костя, ты не такой!– А какой?Добрый, отзывчивый, нежный… По крайней мере, был таким до недавнего времени. А сейчас передо мной – чудовище. От его взгляда становится жутко. Его глаза прожигают насквозь.Но от его ответа зависит моя жизнь…– Не делай этого с нами, – шепчу, не в состоянии отвести взгляд от мужчины.– Нас нет! – резко выдает он в ответ.– Но мы…– Уходи. Я пока не готов сделать выбор…Одно слово, и мои надежды разбиваются вдребезги…»

– Скорая! Что у вас случилось?

– Девушке плохо. Без сознания.

– Фамилия, имя, отчество…

– Не знаю.

Я нашел ее на улице.

– Я же сказал – не знаю!

– Солнечная, пятнадцать. Быстрее, она едва дышит.

Темень непроглядная, как я еще сумел разглядеть женский силуэт. Точнее даже не разглядел – услышал слабый стон. Сработало внутреннее чутье, что кому-то нужна помощь, а меня мама с папой в детстве учили – мимо чужого горя проходить нельзя. Наверное, именно тогда я решил помогать людям.

А чем адвокат не главный помощник, когда человек попал в беду?

– Помогите… – девушка едва шевелит губами, когда я беру ее на руки.

– Потерпи, милая, – несу к скамейке, так как именно там хоть какое-то освещение.

Фиг его знает, что следует делать в подобных ситуациях. И где эта скорая, черт бы ее побрал? По-русски же сказал – девушка без сознания. Плохо ей. Очень. Мало ли, что с этой малышкой могло случиться. А значит, надо очень быстро лететь, лишь бы вовремя успеть.

Где, спрашивается, их черти носят?

– Па… – девушка пытается сказать, едва шевеля губами, и я наклоняюсь к ней ближе:

Лицо жутко грязное, на руках и теле кровь, одежда разорвана – интересно, кто так отделал малышку? Едва живая, в каком-то полубреду, да и сознание, скорее всего, вернулось незадолго до моего появления – это ж какими надо быть извергами и моральными уродами, чтобы так поглумиться над девчонкой.

Молодая, хрупкая – даже веса особо не почувствовал, пока на руках ее нес к скамейке. Я бы ноги повырывал этим уродам, кто такое с ней сотворил.

Неужели даже сердце не ёкнуло? Хотя, откуда у них сердце…

– Па… – снова шепчет девушка, а после негромко стонет.

Я не знаю, что сказать. Впервые в жизни. Как будто язык отняло, и я в одночасье забыл все буквы вместе взятые.

Просто какой-то ступор на грани паники – а вдруг, скорая не успеет? Или в аварию по дороге попадет? Как вариант, колесо отпадет. Или сломается что-то.

“Успеет! Ничего не сломается! Девушка не может умереть! Она слишком молодая!”

Я глажу ее по голове, присаживаясь на корточки рядом со скамейкой. Жива, и слава Богу. Думаю, наши органы разберутся, какие нелюди напали на беззащитную молодую девушку.

А я уж проконтролирую, от возмездия никто не уйдет. И отделаться даже малой кровью этим недоумкам не удастся.