Купи меня дорого (СИ)

Мудро решаю на это ничего не отвечать.

— Где мое платье? — Нервы во мне начинают оголяться, едва я представляю его руки на своем теле.

— Выбросил, — пожимает плечами.

— Зачем? Это было мое лучшее…

— Вряд ли, — перебивает парень. — Выглядело отвратительно, нужно было вообще сжечь.

Надеюсь, меня не тошнило на саму себя. Чееерт. Про белье, наверное, смысла спрашивать нет.

— Ты меня раздевал? — запнувшись, задаю терзающий меня вопрос.

Лицо вспыхивает под его прямым взглядом. Он даже ни капли не смутился.

— То есть… хочешь сказать… ты…

— Да, я все видел. Я же тебя раздевал.

В ответ на это заявление хлопаю глазами. Ррр. Лучше бы я молчала. Сама виновата. И почему он такой бестактный? Нормальный человек бы извинился, нашел бы оправдание. Сказал бы, что платье промокло насквозь или слегка испачкалось. Что он не смотрел, в конце концов. Нормальный человек отвез бы меня домой.

— Какие очки? — в бледно-голубых глазах искреннее недоумение. Истомин начинает шагать куда-то, я иду за ним.

— Очки. Парковка. Ты их забрал, — пытаюсь напомнить.

— Не знаю, — останавливается на мгновение, задумавшись. — Выбросил, наверное.

— Кто давал тебе право выбрасывать чужие вещи? — закипаю я, еле поспевая за его широким шагом. Истомин не соизволил ответить.

Спускаемся по лестнице вниз, я даже успеваю осмотреть высокие потолки огромной залы, которая, впрочем, тоже выглядит неживой. Спрятанная мебель под чехлами явное тому доказательство.

Обилие картин знаменитых художников, скульптуры в углах и на лестнице, антикварные сабли на стенах в очередной раз поражают мое воображение.

— Настоящие? — почему-то шепотом спрашиваю. Парень рассеяно смотрит на то, куда я указываю рукой.

— Это они и есть, — голос абсолютно незаинтересованный. Словно он тут живет в каракулях младшего братишки, а не в шедеврах, которым место в главных музеях мира.

— Вчерашняя встреча — совпадение?

— Да. Я увидел тебя босую, выходящую из заправки с бутылкой в руке. Мы столкнулись в дверях, но ты даже не заметила.

Мы выходим через небольшой коридорчик, поворачиваем, и потом я врезаюсь ему в спину, потому что Ян резко затормозил.

— Что-то хотели, Ян Вячеславович? — из-за стола встает небольшая худенькая женщина в черной форме прислуги, на ней кипельно-белый фартук.

Огромная кухня, которая запросто могла бы существовать при изысканном ресторане. Классические резные шкафчики из темного дерева с узорами, круглый дубовый стол и массивные стулья с атласными сиденьями. На такие и королеву Елизавету не стыдно посадить.

— Женская одежда в доме есть?

Если прислуга удивлена, то ничем это не выдает. Ее лицо остается неизменной непроницаемой маской.

— Нет. Женской нет.