Купи меня дорого (СИ)

Словно в подтверждение моей догадки, он произносит:

— Я могу тебя трахнуть бесплатно, — от его тона с легкой хрипотцой меня бросает в легкую дрожь. — Просто взять то, что хочу. Ты мне все позволишь.

Он запускает свои руки под футболку и сжимает свои ладони на моей талии, поглаживая большими пальцами пупок. Его прикосновение меня ошпарило.

— Значит возьму так, — его руки поползли вверх, прямо к моей груди.

— Ты не посмеешь, — яростно шепчу, отпихивая его от себя. Но Ян добирается до цели и грубо сжимает мою грудь пятерней. В моем горле начинает першить. — Катись к черту.

Убери свои руки! Сволочь!

— Ты что-то путаешь, девочка. — Одна рука исчезает, парень хватает меня за волосы так сильно, что на глазах выступают слезы. — Не забывайся. Не знаю, что ты там выдумала себе, раз я подобрал твою грязную шкуру с той обочины. Но выброси это из своей пустой головы.

— Возьмешь только за деньги, — упрямо мотаю головой.

— Обыкновенная проститутка, — с отвращением бросает он. — Как и думал.

— Ты же сам предлагал заработать? — выплевываю, во мне плещется злость. — Или у тебя нет таких денег?

— Предлагал, — хмыкает.

 — Деньги есть. Но я готов дать за твою дырку не больше десяти тысяч деревянных.

— Триста тысяч евро, — повторяю, как попугай, проглатывая обиду от его неприятных слов..

Странная я. Десять тысяч рублей за мое тело мне кажется унижением, а за триста тысяч евро готова спокойно ноги раздвинуть. Какая разница сколько? Ведь вопрос только: да или нет? Ублюдок прав, я самая обыкновенная проститутка. Со слепой амбицией на высокую цену.

Истомин издевательски качает головой.

— Вот беда. Ты столько не стоишь. Попытай счастья в другом месте.

Понимаю, что все происходит не так, как было задумано, и между нами много недосказанности. Спохватившись, вытаскиваю его руку из футболки, которая по-прежнему сжимала мои ребра.

— Послушай… Я не проститутка. Мне просто очень нужны деньги…

— Мне не интересно, — перебивает Истомин, его равнодушие меня охлаждает. — Пусть хоть твоя младшая сестренка нуждается в срочной операции по удалению опухоли, мне плевать.

Сестренки у меня нет, но он близок к правде. И ему все равно. Ни капли понимания или сочувствия. А что я, собственно, хотела? Он прав.

Выдумала в своей голове невесть что, обыкновенного отморозка почти в свои спасители записала. Он просто хотел меня трахнуть, судя по всему. За сумму, которая мне ничем не поможет. А теперь уже и вовсе не хочет.

— Пошла вон отсюда, — добивает последним ударом. — И не попадайся мне больше на глаза, если не хочешь нарваться на неприятности.

— Так и сказал? — переспрашивает Злата, поглаживая меня по волосам.

Она сидит на диване, я лежу, положив голову ей на колени. Опять плачу. Ужас, слезомойкой стала.