Купи меня дорого (СИ)

Но чтобы до такой степени… такие суммы вообще существуют?

И пусть и малую, но все же часть, мы только что сняли. Так просто?

Хотя нет, ни разу не просто. Передо мной черное окошко и горстка символов. Как это вообще возможно? Тимка сейчас представлялся волшебником или крутым хакером. Он такой и есть. Это же немыслимо.

И другая мысль, вцепившаяся в меня намертво: прямо сейчас мы стали преступниками. Мошенниками и ворами. Назад пути нет.

— Триста пятьдесят тысяч евро только что переведены на твой счет в Гонконге. Ну не твой, конечно, а пока на подставное имя. — На его губах мелькает улыбка.

 — Переведем через Paysend и потом сделаем пару проводок через дополнительные анонимные проги. Опять же, часть суммы останется на счетах «добродетелей» в Гонконге. Их уже не найти. Здесь ты сможешь снять оставшуюся сумму почти сразу. Правда частями, но это уже не важно. Триста штук евро будут раскиданы по нескольким счетам в разных банках. Снимешь с каждого по два раза. Здесь уже все легально, не придраться.

Он торжественно поворачивается к нам и широко улыбается. Я понимаю, что помимо радости, от того, что он смог помочь мне, в нем появилось еще кое-что — его распирало от гордости.

Он смог. Тимка решился взяться за это дело не только из альтруизма и искреннего желания помочь мне. Ему хотелось попробовать свои силы. Он рискнул всем. И у него получилось. Твою ж…

— Доделываем работу, примерно через трое суток сможешь снять деньги. Ты станешь миллионершей, — он широко улыбнулся и подмигнул мне.

И вроде я должна радоваться, что все получается, что мне удастся оплатить операцию и выжить, но грохочущее сердце не на месте. Оно сжалось в плохом предчувствии. Только что мы совершили чудовищную ошибку.

Всю неделю я сходила с ума, и вообще превратилась в дерганную разбитую неврастеничку. Теперь я плохо спала по ночам, вздрагивая и просыпаясь от каждого шороха. Мне все время казалось, что это пришла за мной полиция. Что мы натворили… Я хотела сделать так, чтобы бабушка ничего не знала и не волновалась, но сама делала все, чтобы случилось обратное.

В больницу не звонила. Мне было страшно воспользоваться этими деньгами, которые теперь в необходимом количестве висели на моем счету. Думала, что еще можно все вернуть обратно, хотя уже замарана так, что никогда не отмыться.

Проститутка, воровка. Куда еще меня может понести? В стрессовой ситуации человек всячески цепляется за жизнь. Идет по головам других, рушит все вокруг, спасая свою драгоценную жизнь. Только во что в итоге превращается сам?

Я начала себя за это ненавидеть. Перестала даже смотреть в зеркало, настолько мне было противно мое лицо, это неуемная тяга к жизни в нем и малодушная надежда, что все обойдется. Даже если я выживу, даже если нас не посадят, я не стану прежней.