Леди Несовершенство

– Константин Игрунов находится в больнице.

– Нашелся! – обрадовалась я, но тут же осеклась: – Он жив?

– Да, – вздохнул Боголюбский. – Костя был найден два дня назад прохожим на улице на тротуаре. Одет он был только в нижнее белье и носки. И как водится, раз без документов, то не сразу полицию оповестили.

– Ужас! – ахнула я. – На дворе февраль!

– Костю завернули в одеяло, – продолжал Прохор. – Его бросили неподалеку от детской больницы, похоже, убивать его не собирались, поэтому привезли к клинике. Положить у входа побоялись, там камеры, оставили в соседнем переулке, где нет видеонаблюдения.

Косте повезло, на него наткнулся мужик, который шел на смену, он и принес паренька в больницу. В результате у Костика небольшое переохлаждение, но обморожения нет. В крови коктейль из разных лекарств, дикая смесь. Пока он без сознания. Это все! Медики говорят, что его реально привести в чувство, но вероятна частичная амнезия из-за медикаментов и стресса.

– Как вы догадались, что это Костя? – спросила я. – Может, это другой ребенок.

– Сначала по описанию, внешне ему лет десять-двенадцать, носки, как указано, с рисунком в виде машин, – перечислил Прохор, – вызвали мать, она сына узнала.

– Понятно, – пробормотала я.

– Сейчас эксперты изучают одеяло и белье мальчика, – сказал Боголюбский, – следов насилия нет. Побоев тоже. Пока это все. Если еще что-то узнаю, позвоню. Работайте, ребята, мы тоже землю носом роем. Авось выясним, что случилось, узнаем, где и зачем мальчика держали.

– Он очнется и расскажет, – предположила я.

– Мда, – крякнул Прохор, – неизвестно, когда он в сознание придет и что помнить будет.

Я бросилась будить мужа, в десять утра мы уже сидели в кабинете Вульфа.

– Володя, ты узнал, как самочувствие Анны? – спросил Макс. – Она жива?

Костин взъерошил волосы.

– Тут такое дело… мда… Михайловой нет.

– Умерла, – расстроилась я.

– Ее просто нет в больнице, – повторил Вовка.

– Трупы отправляют в морг, – заметил Макс, – а в этом конкретном случае на экспертизу.

– Вы меня не поняли, – перебил его Костин, – Анну Михайлову не привозили в клинику.

– Я собственными глазами видела белый фургон с красным крестом, – возразила я, – врач сказал, что…

– Раненую доставят в шестьдесят вторую больницу, – перебил меня Леша.

 – Так?

– Точно, – подтвердила я.

– Анну ранили на юго-западе Москвы, – заговорил Костин, – а клиника, о которой идет речь, находится за Красногорском, она профильная, онкологическая, занимается всякими опухолями. Думаю, если на Новорижском шоссе кого-то собьет машина и медики, опасаясь за его жизнь, доставят бедолагу по адресу: поселок Истра, дом двадцать семь, то доктора не откажут жертве наезда в помощи.