Ледяное озеро

В чем тут удовольствие, объясни?

Аликс сочла благоразумным не отвечать.

— И реклама! Почему именно реклама?

— Я неплохо печатаю на машинке.

— Ты никогда не найдешь себе мужа, если будешь продолжать эти занятия. Сколько тебе сейчас?

— Господи, самое время выходить замуж. Помолвлена?

Аликс покачала головой.

— Мой племянник Хэл тебе нравится?

— Хэл? А при чем здесь он?

— Да-да, Хэл. Интересный мужчина. Привлекательный.

Аликс холодно посмотрела на Дафну, но та уже перескочила на следующую тему:

— Твоя сестра похожа на своего дядю, а ты вылитая Каролин.

— Не думаю. Во всяком случае, судя по ее портрету в «Уинкрэге», на котором она примерно моего возраста.

— Дело не в чертах лица, а в прямом взгляде, свойственном вам обеим. Я знала ее еще юной. По правде сказать, именно я познакомила ее с Генри. Самый никчемный поступок в моей жизни, хотя, полагаю, твой дед в определенном смысле был с ней счастлив. В те дни он являлся моим поклонником и пришел со мной на бал в Кембридже. Там он и встретился с Каролин — ну и вот результат.

— А вы возражали? — Она имела в виду, была ли Дафна влюблена в ее деда. Казалось нелепым, непривычным мыслить о том поколении в подобном ключе, представлять, что нынешними стариками владели те же страсти, что сейчас сверстниками Аликс.

— Была уязвлена моя гордость — только и всего. В ту неделю я встретила Вульфа, и после этого для меня уже не существовал никто. Господи, ну и буря поднялась! Отец с братом — это был отец Питера и Хэла — вбили себе в голову, что я должна выйти за Генри и жить в «Уинкрэге». Объединить две соседствующих семьи — превосходная партия. Вместо этого Генри привел в дом дочь кембриджского профессора — такой вот выбор из всех возможных вариантов! — а я вышла за еврея.

Я-то знала, кто в выигрыше, но переполоху было много.

Аликс была заинтригована семейными перипетиями давних лет.

— А дедушкина родня? Им не понравилась Каролин?

— Они не доверяли ей — с ее атеизмом, почитанием науки и строгим моральным кодексом. Заметь, что она была очень красива и наделена очарованием.

— Кто бы сейчас подумал, — пробормотала Аликс.

Да, со слухом у ее крестной все в порядке, хотя она того же возраста, что дед и бабка Аликс.

— Ничего особенного.

— Какая досада, что единственный из ее детей, кто унаследовал ее шарм, был Джек.

Странная вещь — наследственность.

— Дядя Джек? Все называют его чудовищем, никто никогда не упоминал о шарме.

— Чудовище? Да, но главное он был соблазнитель. В этом проявлялся его шарм, перед которым не могли устоять.

— Нет, Джек любил молоденьких, чем моложе, тем лучше. — Ее лицо приняло лисье выражение. — Спроси об этом свою тетю Джейн.

Вот и опять всплыло в связи с Джеком имя тети Джейн.

— У него была репутация человека, любящего насилие и жестокость.