Ледяное озеро

Обычно, когда ее сваливал в постель очередной приступ головной боли, она уже за несколько часов смотреть не могла на пищу. Да и лицо ее на сей раз не принимало мертвенно-бледный оттенок, так хорошо всем знакомый.

Аликс почти заподозрила леди Ричардсон в симуляции с целью избежать присутствия на званом вечере у Гриндли. Но зачем бабушка с помощью выдуманного предлога стала бы нарушать свои давние принципы? Коль скоро приглашение принято, никакие поводы не должны помешать выполнить обещание.

Тот же звук послышался опять. Кто-то ходил по дому, но не Липп. Все в «Уинкрэге» знали тихие, почти неслышные шаги, какими передвигалась по дому Липп, стремясь застать кого-нибудь врасплох за каким-нибудь предосудительным занятием. А даже если и безобидным — домочадцам не нравилось, что за ними шпионят, поэтому служанка привыкла двигаться бесшумно. Нет, судя по поступи, этот некто тяжелее, чем Липп.

Будь это Эдвин, он бы уже постучал в ее дверь. Но если это не брат и не Липп, тогда кто? Слуги? Определенно нет. Твердую поступь Роукби Аликс узнала бы всегда и везде, а остальному мужскому персоналу нечего делать наверху.

Аликс выключила лампу и подкралась к двери. Медленно и бесшумно повернула ручку, на несколько дюймов осторожно приоткрыла дверь. Широкий коридор освещался настенными светильниками, которые давали лишь тусклые отблески: бабушка не выносила ярких коридоров.

В конце коридора, возле бабушкиной комнаты… Человеческая фигура или всего лишь тень?

Великий Боже, там кто-то был! Сердце Аликс часто застучало. Как ей поступить? С воплем выбежать из комнаты, зовя на помощь? Перебудить всех спящих в доме? Но что толку пытаться схватить незваного гостя в одиночку? Пока она колебалась, из того конца коридора донесся звук поворачивающейся дверной ручки. Фигура вышла из тени, и стало ясно, что это мужчина. Он был одет в темное и держал обувь в руке. Так вот почему он производил мало шума.

Страх и изумление Аликс сменились гневом, но возмущенный возглас застрял у нее в горле, когда она увидела, что бабушкина дверь распахнулась. Комната за ней была ярко освещена, а на пороге стояла бабушка — она отчетливо виднелась на фоне дверного проема. Бабушка потянула гостя в комнату, дверь за ним закрылась, и через несколько секунд серебряная полоска света под ней исчезла. Без сомнения, с той стороны щель заслонили подушками. Так часто делала Аликс, желая скрыть, что читает в постели, когда ей давно полагалось спать.