Ледяной клад

Разве этого ждут от него? Начальнику рейда нужно, чтобы консультант не вилял, не размышлял вслух, а сразу сказал бы свое решительное и совершенно твердое слово. Николаю Цагеридзе нужно знать, что он, начальник рейда, сделал правильно, что неправильно и что еще должно и можно поправить.

Все это наконец Цагеридзе и выкрикнул в бурной, взволнованной речи, когда они снова уселись в кошеву и по мокрой, шипящей под полозьями снежной кашице поехали обратно к поселку.

Крутя конец какой-то веревочки, свисающей с обводки кошевы, Баженов выслушал его хладнокровно.

- Если вам, Николай Григорьевич, об этом уже говорили и вы все знаете, зачем вы настаивали на приезде консультанта ЦНИИ? Я с вами поделился пока лишь самыми первыми впечатлениями, как выразились вы - вслух высказал только самые первые мысли. Возможно, кой в чем и противоречивые. Истина, как известно, всегда рождается в спорах, в противоречиях. Поживу, понаблюдаю, тогда, надеюсь, смогу отвечать вам и более определенно. Но директив от меня не ждите, консультанты только дают советы. Вам нужна твердость? Пожалуйста! Один вопрос вам я могу уже сейчас задать с самой большой твердостью. Думали вы над тем, куда девать из Громотухи воду после того, как она, ближе к весне, перестанет замерзать в запани поверх льда? Она ведь, наоборот, тогда примется размывать все, что за зиму было наморожено. А направить Громотуху снова под лед, в прежнее русло, окажется труднее, чем было вытащить ее на поверхность льда. Я спрашиваю: думали вы об этом?

- Да, думали, - резко сказал Цагеридзе. - И много раз. Но я хочу сперва услышать ваше мнение. Не директиву, а совет!

На самом деле всерьез об этом Цагеридзе никогда еще не задумывался. До весны далеко. Сама обстановка подскажет тогда, что нужно сделать. Сейчас ему было важно: заливать и заливать водой поверхность протоки, намораживать лед как можно толще. Сейчас излишков не было никаких, мороз мог "перерабатывать" в лед воды куда больше, чем давала Громотуха.

Но действительно, что делать, когда вода перестанет замерзать? Когда из строителя превратится она в разрушителя?

- Хочу послушать ваши советы, - настойчиво повторил Цагеридзе.

- Вы хитрый. Обдумали все и то не решаетесь назвать возможные способы, - сказал Баженов. - А я пока еще вовсе не думал. Я только вижу в этом очень серьезную опасность. И, как говорится, дай бог, чтобы нас она миновала...

Так они доехали до конторы. И Цагеридзе не мог понять: что, у этого консультанта ЦНИИ действительно нет никаких знаний и нет желания помочь или просто их первая встреча и тяжелый разговор о Марии сделали его самого, Цагеридзе, совершенно глухим и слепым, неспособным свою личную неприязнь отделить от деловых качеств этого человека.