Лерка. Второе воплощение
Не успела толком присмотреться, как поняла, что мы остановились. Ручеёк тоже прекращал своё существование недалеко от нас, втекая в сюрреалистическую фигуру, в которой было сложно, но можно узнать очертания человека. Тёмное, будто туманное тело было чуть темнее, а в одном месте, предположительно на груди, виден отчётливо такой же знак, как у меня на руке. Он выглядел как клеймо, выжженное на коже раскалённым железом. Зарубцевавшимся шрамом, почему-то уродливым и совершенно несимпатичным.
Я посмотрела на свою руку, тут же понимая, что мой символ тоже выглядит как клеймо.
Фигура между тем пришла в движение, перемещаясь с места на место на большой скорости. Что-то во всём этом показалось мне жутко знакомым. Задумалась. О, если посудить логически, то такой знак должен быть по идее у троих. Один у меня, второй у Ренольда, и третий у неизвестного, предположительно у Эйнара.
Присмотрелась, прищуриваясь.
— Эйнар? — спросила тихо, скорее у Мидаха, чем у расплывчатой фигуры. Но мне показалось, что образ дрогнул, словно человек по ту сторону «дыма» обернулся.
Энергия вокруг нас забурлила, и я только сейчас заметила, что нас окружают и другие силуэты, но они были столь неотчётливыми, что буквально растворялись в красках мира.
Так. Подумаем. Что тут происходит?
Если меня с этим пусть будет пока что человеком, связывает печать, то моя энергия — будем условно считать этот ручеёк за мою энергию — перетекает по какой-то причине к нему, отчего я и чувствую себя хреновенько.
Есть несколько вариантов. Либо её у меня тупо воруют, сделав меня чем-то вроде батарейки, либо тут что-то другое.
Если этот человек мне незнаком, значит, ничего хорошего ждать не стоит. Сто пудов ворюга, хорошо устроившийся, и зачем-то качающий из меня энергию. Тут мне вспомнились слова Дагнира о том, что маги любят вылавливать кристальные души и делать их накопителями. А что, если я сама того не подозревая, попала? Ох, будет невесело уж точно.

















