Лерка. Второе воплощение

Упс, а разве Гимрин с Ноли и Рели не в курсе моего Мидаха и того, что время от времени я могу болтать сама с собой? Я показывала им Мидаха? Ох, с этим Эйнаром я почти неделю чувствовала себя дурно. Так что всё перепуталось в голове. Такое ощущение, что встретили мы их целую вечность назад. — Короче, — нахмурилась, облизывая ложку. — Мидах сказал, что печать, стоящая на нас, дурная. Пахнет стрёмно и на вид не ахти. Вот. Он меня как-то так провёл, вернее, не совсем меня, а подозреваю, что мой дух или душу, ну, или, в крайнем случае, разум, по энергетическому каналу прямо к Эйнару.

В общем, просто говорю, что третий он. Плохое самочувствие у меня было, потому что… Хм, Ренольд, дай мне руку. Только не прирежь меня, я не сильно.

Взяв ладонь Риваля, осторожно сделала небольшой разрез у него на пальце ножом. Ренольд даже не вздрогнул, наблюдая за моими действиями.

Мне и самой было любопытно. Судя по всему, я подлечивала Эйнара, даже не будучи рядом с ним. Вот мне и было интересно, как это может выглядеть воочию.

— И зачем ты это делаешь? — спросил Риваль, наблюдая, как в ранке засветился бледновато-зелёный свет и та медленно затянулась.

Через десяток секунд от неё не осталось и следа, лишь капелька крови на коже.

— А я ничего не делала, — улыбаясь, подняла руки вверх. Это было потрясающе. Я ведь на самом деле не лечила Ренольда, но рана его затянулась.

Ренольд нахмурился, сверля меня недоверчивым взглядом.

— Собственно, поэтому мне и было плохо. По какой-то причине Эйнар попал в пустыню. Все понимают, что это может значить без еды, питья и прочих нужных вещей. Через какое-то время организм начал сдавать. Голод, жажда и прочие прелести.

По каналу, связывающему нас, моя энергия утекала к нему, поддерживая организм и не давая раньше времени скопытиться Асвальду. То же самое мы наблюдали и сейчас. Я лечу вас, даже не принимая в этом непосредственного участия.

— Это плохо? — вытирая каплю крови, о непонятно откуда взявшийся платок, уточнил Ренольд, но по его встревоженному и недовольному выражению было понятно, что он и сам знает ответ на свой вопрос.

— Если умрёт кто-то из вас, больше чем уверена, что на встречу с богами отправлюсь и я. Хорошо это всё или нет, понятия не имею.

Если символ поставило какое-то сильное божество, то чего оно этим добивалось? Да, благодаря этому Эйнар не загнулся там, но если мыслить масштабней, то выходит ерунда.

— Боишься умереть? — Рели, которая обычно молчала в тряпочку, заговорила. — Ты же лекарь, а лекарь не должен бояться смерти.

Сказав, она вздёрнула веснушчатый носик вверх, забавно фыркая.

— Лера должна её бояться, — подал голос Олан и все тут же, как по команде повернулись к нему, игнорируя высказывание Рели.