Лили

Какое счастье, что душа Лили Траблфилд не волнует его даже в самой отдаленной степени!

Зато его волнует ее тело. И даже слишком сильно. Машинально перебирая пальцами золотистую бахрому шнурка, Дэвон уставился на все еще горящие угли камина. Через минуту он яростно дернул за шнурок, а потом дал еще четыре звонка через равные промежутки, каждый следующий сильнее предыдущего. В его взгляде не осталось ни следа веселья.

Лили, запыхавшись, вбежала в кухню за полминуты до того, как он позвонил. Она успела поздороваться с поварихой, второй посудомойкой и сонным лакеем, то есть со всеми, кто уже был на ногах в столь ранний час, когда колокольчик на стене зазвонил, и все удивленно повернули головы. Номер четыре – спальня хозяина.

– Я пойду, – торопливо проговорила Лили. В кухне больше не было никого из тех, кто мог бы пойти.

Она поспешно вышла в коридор, но у подножия лестницы повернулась на каблуках и свернула направо, в открытую дверь конторы управляющего. Оказавшись внутри, девушка отошла к дальней стене тесной, но опрятной комнатки мистера Кобба, чтобы никто из случайно оказавшихся в этот момент в коридоре не смог ее увидеть, и стала ждать, считая минуты. Все должно было выглядеть правдоподобно: ей ведь предстояло подняться наверх, выслушать приказ хозяина и затем вновь спуститься. Лили вытерла вспотевшие ладони о подол. Интересно, заметила ли Лауди ее отсутствие прошедшей ночью? Когда она пять минут назад прокралась в каморку на чердаке, чтобы надеть чистый фартук, ее подружка не сказала ни слова (скорее всего потому, что по утрам ей с трудом давалась связная речь).

Решив, что прошло уже достаточно времени. Лили вернулась в кухню.

– Мистер Дарквелл просит немедленно подать ему завтрак, – сказала она поварихе. – Он чувствует себя неважно. Хочет горячего бульона с поджаренным хлебом и яйцом, а также кувшин пива.

Миссис Белт окинула ее подозрительным взглядом и тут же принялась за дело.

– Эй, Доркас, принеси яйцо из кладовой, да поживее, – скомандовала она, снимая с полки рашпер для поджаривания хлеба над огнем.

В кухню вошли дворецкий и несколько зевающих слуг, все пожелали друг другу доброго утра. Лили не сводила глаз с подноса для хозяина, моля Бога, чтобы он оказался готов раньше, чем в кухне появится экономка. Главной темой для разговора служило “недомогание” мистера Дарквелла, все гадали, в каком часу ночи он мог воротиться домой.

– Готово, – провозгласила миссис Белт, накрыв поднос салфеткой, и сделала знак Лили взять его.

– В чем дело? Куда это ты собралась? Миссис Хау встала в дверях, загораживая дорогу, массивная, черная и неприступная, как утес. Позади нее Лили заметила Трэйера с точно таким же, как у матери, злобным выражением на лице. Они походили на двойняшек.