Не лезьте в душу к пацану

Я ванну хочу принять. А ты пока свой косячок выбрось от греха подальше.

Мылась Наташа долго, часа два. Отмокала в ванной, время от времени подливая воду, мылась, до красноты натираясь мочалкой.

* * *Чапик прятал от Наташи глаза. Ведь он действительно вчера хотел купить ее за дешевый косячок. Понял, что не найти ему Бердяева, нализался с досады. Домой пошел через парк, там на лавочке увидел малолетних торчков, которые только-только собирались скурить косяк. Сначала он разогнал их, размяв кулаки, и только затем подумал, что брошенная ими папироса с травкой может пригодиться. Гриша собирался податься в бега, так почему бы с Наташкой напоследок не согрешить? И ей приятно будет, и ему. К тому же от нее не убудет.

Но все вышло не так, как он хотел. Поэтому он молча вез ее в кафе, о котором она вчера ему говорила. Да и девушка о чем-то с тоской думала, тоже хранила молчание.

– Вот здесь останови, – сказала она, показав на кафе с незатейливым и даже глуповатым названием «Ландыш».

Лето уже на исходе, прохладно, поэтому открытая часть кафе пустовала. Да и внутри павильона людей особо нет. Парень девушку мороженым угощает, да мать ребенка пирожным кормит.

Чапик посадил Наташу за стол, но только минут через пять к ним подошла официантка в заношенном белом переднике. Лет сорока женщина, с круглым рыхлым лицом, волосы черные, глаза карие.

– Скажите, пожалуйста, а Света сегодня работает? – спросил у нее Чапик.

– Какая Света? – подозрительно посмотрела на парня женщина.

Кафе убогонькое, сервис совковый, поэтому на ответную вежливость он и не рассчитывал.

– Ну, светленькая такая. Глаза у нее голубые. Или светло-серые. Красивая…

– Нет у нас такой… Заказывать что-нибудь будете? – грубо спросила официантка.

– Да, два кофе, пожалуйста.

– Растворимый или сваренный?

– Сваренный, конечно.

– Ждите.

Чапик проводил официантку задумчивым взглядом и посмотрел на Наташу.

– Нет здесь никакой Светы.

– А разве я говорила, что ее Светой зовут?

– Если бы здесь работала красивая официантка с большими светло-серыми глазами, меня бы поправили. Сказали бы, что ее Настя зовут или Катя. Или еще как-нибудь. Но эта мымра ничего не сказала…

– Потому что эта светлоглазая у них не работает. Сейчас не работает. А раньше, может, и работала."

"Чернявая официантка вернулась подозрительно быстро. И поставила на стол две чашечки растворимого кофе.

– Я же просил сваренный?

– Кофе в зернах закончился, чего непонятно?

– А Свету можно попросить?

– Какую Свету?

– Я же говорил какую. Хотя, может, ее не Света зовут…

– Э-эх, что за народ нынче пошел! – возмутилась официантка. – Сидит со своей девушкой, а про чужую спрашивает. Придумал себе какую-то Свету и спрашивает. Ну, ни стыда ни совести…

– Да не придумал я.