Не лезьте в душу к пацану

По логике вещей, от него надо избавляться именно по такой схеме. Нет человека – нет проблемы… Но в то же время он же не зверь. Ничего плохого Босой ему не сделал. И не опасен он будет после того, как блудный Алекс вернется в «отчий дом»…

– А ты боишься смерти?

– Ну, есть немного…

Босой вел себя с достоинством. Хоть и сдал своего бригадира, но не ныл, пощады не просил, хотя били его жестоко. И перед лицом смерти не расклеился.

– Я тоже боюсь, но из дела не выхожу, – нахмурился Семен. – Смерти не ищу, но смерть сама может меня найти. Я к этому готов. И ты в деле. Значит, должен быть к ней готов.

– Делавар вывел меня из дела.

– Из одного дела вывел, к другому приставил. Я не знаю, какие там у вас дела в Полынске, да и знать мне не надо… Ты же не знаешь, кто меня заказал? Кто в меня стрелял? Вдруг твой Делавар всю эту бодягу заварил?

– Я не знаю.

– Вот видишь, ты не знаешь, я не знаю…

– У него принцип такой: если ты в деле не участвуешь, то ничего про него не знаешь. Я не участвовал, я не знаю…

– А кто участвовал?

– Я же говорил, что есть у него снайпер.

– Говорил.

Какой-то Замок у Делавара в снайперах, с ним Дизель и Витюн. Но там все покрыто мраком. Босой давно не видел этих ребят. Судя по всему, это особая команда, которую Делавар держит в секрете… Босой уже ничего по этой теме не скажет. А Семен постарается найти этих ребят. Вдруг это они в него стреляли, вдруг они убили Кузова? Хотя вряд ли…

– Ты уже все сказал, Босой. Разговор закончен.

– Нет, не все.

– Даже так?

– Я сказал все, о чем ты спрашивал.

– А о чем я не спрашивал?

– Ты мне слово дай, что не убьешь.

– Ух ты!

– Рано мне умирать… Я в Сибирь уеду, на приисках вкалывать буду. Ты обо мне ничего никогда не услышишь…

– На прииски? Эк тебя торкнуло!

– Я серьезно. Надоело это все. Лучше до седьмого пота вкалывать, чем так жить.

– Надоест вкалывать, – усмехнулся Семен. – Людей соберешь, артель на бабки поставишь…

– Там видно будет.

– Может, со мной делиться будешь? Ну, десять процентов от навара…

– Нет! – решительно ответил Босой.

– Чего так? Жадный?

– Нет, честный. Честно говорю, что не буду с тобой делиться. Ну, если вдруг. И ты обо мне никогда ничего не услышишь, тоже честно говорю.

– Ладно, считай, убедил. Не стану я тебя убивать. Чего ты там хотел сказать?

– Ты не убьешь, кто-то другой убьет…

– Живым отсюда уйдешь. Если мне интересно будет тебя послушать.

– Интересно будет… Ты про свою Наташу не спрашивал.

Потрясенный Семен уставился на Босого.

– Что ты сказал?"

"– Делавар сказал, чтобы мы тебя нашли. Мы поехали, а там Наташа. Ну, мы ее вместе с машиной и угнали…

– Так это ты был? – осатанел от возмущения Чапик.

– Не я один.

– Значит, ты меня знаешь?

– Видел.

– Я же спрашивал тебя про Наташу!

– Ты спрашивал, а Сэм – нет.

Семену стало стыдно.