Любовь по распределению

Воспаленное страхом сознание не желало воспринимать окружающее пространство. Все древние гобелены, портреты, вазы и статуи слились для меня в одно смазанное пятно.

Но, как оказалось, переживала я зря. На протяжении всего пути никто из сопровождавших оборотней не выказал никакой агрессии или недовольства.

Поднявшись на второй этаж, мы прошли в конец коридора, ибо выделенная мне комната оказалась самой крайней.

«М-да, случись что, до помощи не докричишься…» – уже практически без удивления отметила я и, повинуясь приглашающему жесту Йетра, вошла внутрь.

Вопреки опасениям, просторное помещение, отделанное в светлых тонах, оказалось достаточно уютно обставлено.

Справа у стены находилась роскошная кровать под бирюзовым балдахином, а у окна, задрапированного тяжелыми шторами, расположились пара мягких кресел и чайный столик. Чуть в стороне я увидела украшенный позолотой трельяж, а в дальнем углу приметила небольшую дверь в ванную комнату.

Мой чемодан стражник оставил рядом с массивным трехстворчатым шкафом.

– Завтрак подадут через двадцать минут, – ровно сообщил Йетр и оставил меня в одиночестве.

– Ну, пока все не так страшно, как казалось вначале, – облегченно вздохнула я, когда дверь закрылась.

Правда, пока «общаться» пришлось лишь со стражей и прислугой. И не думаю, что более статусные оборотни проявят такую же лояльность.

Взять хотя бы самого Модлара. Вот что ему стоило так явно не демонстрировать отношение к моему парфюму? Или ему в принципе человеческий дух не по нраву?

Махнув рукой на все предположения, я решила заняться первоочередными делами: разобрать чемодан и сменить дорожный комплект на повседневный. Для первого трудового дня выбрала темно-бордовое платье, украшенное черным лаконичным кружевом.

Мягкий корсет практически не сковывал движения, а рукава прикрывали плечи и руки до локтя. Дополнял образ небольшой овальный кулон с переливчатым драгоценным камнем. Благодаря своей способности менять окраску, амулет, подаренный матерью, подходил к любому наряду.

Переодевшись, я собрала рабочую сумку. В небольшой, но вместительный портфель убрала пару блокнотов, писчие принадлежности с запасными чернильными капсулами и, главное, аналитический кристалл.

Артефакт, без которого не обходился ни один казначей, выглядел как овальный камень из горного хрусталя, оправленный в серебро.

Он легко помещался на ладони. Внутри переливчатых граней клубился белесый туман сложного записывающего заклинания, которое создавало проекции таблиц и производило необходимые расчеты. Стоила такая вещица недешево, но я еще ни разу не пожалела, что разорилась на нее, будучи еще на третьем курсе.

Неожиданно раздался стук в дверь. Пред тем как разрешить посетителю войти, я глубоко вдохнула.